У меня всегда был нерегулярный цикл, пока я пила противозачаточные, организм работал как часы, а вот после отмены снова начались проблемы с циклом. В принципе, меня они не беспокоят, но Анна Сергеевна Коваль, мой врач постоянно гоняет меня по анализам и пытается выровнять небольшой гормональный дисбаланс, который выявила еще в прошлом году. В начале недели я снова сдала пол литра крови и сегодня поеду за результатами. Искренне надеюсь, что ей удастся подобрать нормальную терапию, потому что не представляю как буду искать нового врача в Питере. Для меня гинеколог — это что-то вроде монарха, его выбирают один раз и на всю жизнь.
В клинику я приезжаю в назначенное время, но все равно приходится ждать своего приема. Обычно здесь все происходит точно в назначенное время, поэтому просидев на диванчике пять минут, я направляюсь к стойке регистратуры. Может, они что-то перепутали?
— Приносим свои изменения, — девушка растягивает губы в приятной улыбке. — Там пара без записи зашла. Анна Сергеевна согласилась взять новую пациентку.
Я удивленно округляю глаза и сажусь обратно на диван. Интересно, как им это удалось? Никак в клинку пожаловали какие-то родственники президента. Потому что когда я летом пыталась записать Алену, мне любезно сказали, что новых пациентов доктор не принимает.
Через пару минут дверь кабинета, наконец, открывается, но вместо вздоха облегчения из меня вырывается лишь сдавленный хрип. Я вжимаюсь в мягкий диван и судя по тому, что вышедшая пара меня не заметила, у меня вполне получается мимикрировать под белоснежную обивку. Что и неудивительно… держу пари, мое лицо выглядит таким же бледным. Потому что из кабинета вышли Дарья с Маратом.
Глава 68
Сил встать нет. Меня будто пригвоздили к этому дивану молотком судьи, который вместо своего стола ударил по моей голове и огласил приговор: теперь все. Теперь точно все. Апелляции не подлежит.
Медсестре приходится выйти из кабинета, чтобы пригласить меня. Я отстраненно здороваюсь с доктором и падаю на мягкий стул рядом с ее столом.
Я была права. Все-таки у Марата была причина для того разговора. Довольно веская. Он решил меня отпустить не для “гипотетической другой”, с которой мог бы попробовать быть счастливым. Его “другая” вполне себе реальная. Более чем. И судя по всему, двигаться к счастью они начали уже давно.
Интересно, Дарья забеременела до той самой “Фабрики”? Получается, Марат спал со мной уже будучи в отношениях с ней? Или сразу после нашего разговора? Какая, к черту, разница? Для Дарьи, может, она и есть, но мне уже все равно… Марат честно сообщил мне о том, что готов двигаться дальше, и он честно двигается…
Я же все больше убеждаюсь в правильности решения перевестись в Питер. Так, действительно, будет лучше. Если Марат смог меня так быстро забыть, значит я тоже должна.
— Риточка, найди анализы Крейтор, пожалуйста, — командует врач медсестре. — Когда ты сдавала, во вторник?
Я киваю, а медсестра порывшись в бумажках, протягивает Анне Сергеевне листок:
— Вот еще в карточку Савёловой забыли вложить.
— Савельевой, — исправляю на автомате и видя удивленные взгляды медсестры и врача, поясняю:
— Мы учимся в одном университете. Я видела как она… они, выходили из кабинета.
— Такая пара…, — расплывается в улыбке Коваль. — Парень мне сначала таким суровым показался, но как на нее смотрит… с теплотой, что ли. Видно, что не планировали, но все-таки решили оставить ребенка.
Я громко сглатываю и не понимаю почему вдруг мое сердце пытается вырваться из груди. Я ведь и так уже поняла, что Дарья беременна. С чего бы еще им вдвоем ходить на прием к гинекологу? Но почему-то слова врача будто придают красок расплывчатой до этого картинке. И вот уже перед моими глазами Дарья и Марат катят коляску, он подбрасывает вверх хохотающего карапуза, они втроем держатся за руки…
— Алиса, — растерянный голос врача отвлекает меня от этой, медленно, но верно убивающей меня, картины. — Ты никаких изменений не заметила? У тебя повышен ХГЧ.
— Повышен? В прошлый раз же понижен был. Или это прогестерон?
Знаю, что это немного безответственно, но я не особо вникала во все эти анализы. Я доверяю Анне Сергеевне и не собираюсь “гуглить диагноз”, чтобы самой назначить себе лечение.
— Прогестерон это другое, — вздыхает она, пристально глядя мне в глаза. — ХГЧ это гормон беременности. Ты же говорила, что не живешь сейчас половой жизнью.
— Я не живу, — мотаю головой, начиная понимать к чему она клонит. Может, анализы перепутали?