Луна идет по незнакомой улице. Многочисленные арки, балконы с цветами и без, массивные колонны, отмеченные временем и резные крылечки с многочисленными виньетками по бокам — прелесть неизвестных и маленьких городков.
Она оказывается в свадебном платье, цвета шампанского. На ее голове маленькая шляпка — ажурная с чудесной вуалью, в руках шарф. Кружевная вуаль скрывает ее лицо. Она чувствует себя красивой.
Вдруг она видит человека со спины. Незнакомец? Нет, она знает его. Неожиданно он исчезает. Луна остается одна.
— Где ты?! — она пугается от собственного крика и просыпается. Ей тяжело дышать. Луна задыхается. Сердце — оно вылетает из груди.
— Где он? — кричит она и тревожно разглядывает светлую комнату.
— Милая, все хорошо! — Голос Лани хрипит, она выглядит бледной, бросается к ней и обнимает голову Луны. — Все хорошо? Это просто сон? Что ты видела?
— Не помню, — Луна заплакала, а почему не понимала. — Шарф, простой шарф, которого у меня никогда не было. Он не мой.
— Чужой пусть к чужому и уходит! — заметила Лань. — Может, воды?
— Который час? — Луна вспомнила про учебу и почувствовала резь в опухших глазах. Этот нос! Нельзя ей плакать.
— Половина одиннадцатого, — сказала Лань.
— Сколько?! — Луна в ужасе откинула одеяло. Она опоздала. Ужасно опоздала. Ей, правда, к одиннадцати, но автобусы…
— Успеешь, — засуетилась Лань. — Хоть чаю выпей! И к векам, примочки надобно.
— Неважно! — сказала Луна, направляясь в душ.
— Ты говорила по телефону ночью...
Луна обернулась:
— Думала он мне друг, оказывается, нет, — она убрала свои тапочки с прохода.
— Так бывает, но веки здесь не виноваты, — ответила Лань, поднимая тетрадку Луны с пола.
— Здесь никто не виноват, — попыталась улыбнуться в ответ девушка, провожая взглядом тетрадь.
— Чай? — Лань удивительно все понимает. В отличие от Машки.
— Лучше кофе, если можно. Уже бегу. Спасибо, — Луна улыбнулась. Выглядела она ужасно. Лань покачала головой:
— Не за что.
"Теория литературы" закончилась, и второкурсники рассыпались в разные стороны, как жемчужины с порванной нити. Длинный темный коридор разом заполнился чужими парнями и девушками. Ароматы духов смешались с запахом пота и бутербродов. В корпусе было тепло от скопления людей, но молодые люди влезли в толстовки — осень прилетела с северным ветром, оставив от лета лишь далекие воспоминания. Казалось бы, совсем недавно радовал многих июнь.
Светлана поежилась — в легкой шифоновой блузке чувствуются прохладные нотки опавших листьев. Может, поэтому она здесь как будто чужая, иноземная? Боязно появляться в новом заведении, знакомиться с людьми и привычными для них правилами. Лучше она еще на секунду задержится на чужом филологическом факультете, поговорит с Наташей. Конечно, ей не скрыться от нового колледжа. Непременно она отправится на маршрутке в район Белокрынку. Интересно, там, в здании теплее? Еще учительница по специальности просила в двенадцать заглянуть к ней. Она успевает даже переодеться.
Целую неделю занятий, пропустила она с этими бумагами... Ничего, наверстает. Голова есть — это главное.
Неловко, когда на тебя смотрят, как на незнакомку. Быстрым шагом Света прошла по коридору, радуясь, что сегодня влезла в джинсы — в брюках чувствуешь себя свободнее. Здесь ей нравится — фисташковые стены, высокие потолки, да и люди, как будто общительнее. В самом конце незнакомого коридора девушка рассмотрела укромный уголок. Там она может подождать начала второй пары, а когда все разбегутся по аудиториям, слиняет в буфет. Наташа рассказывала, что там лепешки, просто наполнены сыром.
Светлана поняла, что проголодалась и пожалела, что не взяла с собой что-нибудь вкусненькое или хотя бы больше денег.
Она шла по другому коридору и темный уголок, где наверняка есть скамейка, становился все ближе и как будто таинственнее. Здесь можно скрыться и набраться храбрости для нового колледжа
Огромные окна корпуса филологии впускают много света, но его не хватает. Света всегда не хватает. Он рассеивается и исчезает, сотканными из солнца, лучами.
Девушка замедлила шаг и только хотела свернуть в укромное место, как поняла, что там занято.
— Я устал ей врать, — произнес знакомый мужской голос. — Надоело выдавать тебя за себя!
Светлане стало неудобно, что она слышит тайный разговор, но ноги, точно оцепенели.
— Хочешь выпутаться? — голос отвечающего парня был нервным и холодным.