Увы, нашей идиллии не суждено было долго длиться. Тот день я уже никогда не забуду. После обеда мы направились в торговый центр, чтобы выбрать себе наряды на выпускной. Мы с Тайлером все время держались за руки и счастливо по-идиотски улыбались, глядя друг на друга. Было так странно и волнительно, что я в полной мере осознала это ванильное выражение из книжек про бабочек в животе. Хорошо, что Стейси совсем не напрягало быть с нами «третьей лишней». Она лишь театрально закатывала глаза и отворачивалась, когда замечала, что Тай пытается украдкой обнять или поцеловать меня при любой удобной возможности. Мы вели себя как дети, а наша подруга, казалось, была счастлива не меньше нас.
Нашу безмятежную прогулку разбил звук паники. Мы находились на верхнем этаже с купольной стеклянной крышей, когда увидели группу людей, бежавшую от окон и что-то кричащую. Мимо пробегающий мужчина кричал что-то про самолет. Я прислушалась и отчетливо услышала стремительно приближающийся гул. По громкоговорителю звучало объявление, но я уже его не слышала. Все слишком быстро обращалось в хаос. Тайлер первым среагировал и бросился бежать, утягивая меня и Стейси за собой. К несчастью, скорость самолета была куда выше нашей, и стеклянные фасады торгового центра не стали ему надежной преградой. Все произошло мгновенно. Меня что-то резко толкнуло вперед. Я упала и от удара головой отключилась. Последнее, что я помню – чей-то пронзительный крик, но и он резко оборвался.
Наступила темнота. Липкая, всепоглощающая, удушливая. Здесь не было никого и ничего, я парила будто бы в воздухе, но и его здесь не было тоже. Даже дыхания своего я не чувствовала и не слышала. Грудную клетку давило, словно меня пытаются погрузить в вакуум. Глаза ничего не видели в этом непроглядном нигде. Я пыталась барахтаться, сделать хоть что-то, но продолжала лишь безвольно парить.
- Тебе еще рано, дорогая.
Из мрака раздался женский голос. Не молодой, такой приятный, немного хриплый без юной звонкости. Машинально попыталась найти источник звука, заговорить, но тот час, кто-то пальцем коснулся моего лба, и я камнем полетела вниз. Когда начала приходить в себя, первое, что почувствовала, это тяжесть сверху и сырость под собой. Все тело словно сковало, но, кажется, я могла пошевелить своими конечностями. Это хорошо. Воздух был тяжелым от смеси разных запахов: воды, пыли, гари и крови. Крови! Эта мысль пронзила меня нервным импульсом, заставив резко распахнуть глаза. Мне потребовалась всего минута, чтобы понять, что меня накрывало чье-то тело. Когда я высвободилась и осознала, чьим оно было…мой крик, наверное, услышал весь город. Тайлер. Тот, кому теперь я обязана жизнью. Наверное, лишь тогда я поняла, какие чувства испытывала к нему, точнее, насколько сильными они были. Прибывшие через какое-то время спасатели, обнаружили меня сидящей в луже крови, судорожно сжимающей тело моего мертвого парня. Сквозь рыдания, я даже не заметила, как ко мне подошли, и долго не реагировала на них, пока меня с усилием не встряхнули. Не помню, как они смогли оторвать меня от Тайлера, а вопросы о Стейси они игнорировали, говорили что-то про главного и списки.
На выходе из торгового центра я заметила, что территория оцеплена военными. Их прожекторы ослепили меня, и лишь тогда я поняла, что уже ночь, ну или поздний вечер. На фоне личной трагедии, я мало придала значения тому, что вообще могут тут делать ребята с оружием. Мало ли какой самолет мог потерпеть крушение. Медики обнаружили на мне лишь несколько ссадин и ушибов. Взяли зачем-то кровь для тестов. Ничего серьезного повреждено не было, сказали, что мне чертовски повезло! Да, как же, я здесь, а его больше нет. И ее. Мне сделали какой-то укол, я начала успокаиваться, кажется, дрожь утихала, а мысли постепенно теряли какую-либо связующую линию. Я сидела на краю машины скорой помощи с совершенно пустой головой. Вокруг продолжался хаос: в оцеплении военных, как муравьи, суетились медики и спасатели. Выживших посетителей торгового центра я видела мало, но, смутно припоминаю, что спасатель, выводивший меня, сказал, что я последняя из живых. Сложно было понять, сколько точно времени я провела в отключке. Невольно мой мозг зацепился за фразу «из живых». Стейси! Что с ней? Словно отвечая на мой вопрос, мимо пронесли носилки с телом. Оно было накрыто, но свисавшая из-под покрывала рука не давала мне никакого шанса. Этот маникюр и этот браслет, подаренный ее парнем, я узнаю из тысячи. Меня снова накрыла волна ужаса и отчаяния. В слезах я сорвалась с места, чтобы убежать, как можно дальше от этого кошмара. Я не хотела этого видеть! Этого просто не может быть! Нет!