Все еще оставалось загадкой, почему у них такая разница в поведении. Некоторые и впрямь казались куда разумнее своих собратьев, возможно, все дело было в изначальном иммунитете зараженного тела. Но пока это были лишь догадки. Времени прошло с момента катастрофы уже много, а вот продвинуться в поисках ответов на некоторые вопросы мы так и не сумели. А еще казалось странным, что за четыре года эпидемия не сошла на нет. Но с другой стороны, это лишь подтверждало нашу теорию о том, что эти твари продолжают мутировать, или что-то искусственно поддерживало в них жизнь. Что из этого хуже, даже и представить сложно.
Погруженные каждый в свои мысли, но не теряющие при этом сосредоточенности на происходящем вокруг, мы аккуратно исследовали территорию комплекса. Хоть ветра и не было, отовсюду доносились какие-то хрустящие звуки, словно кто-то бросил мелкие камешки россыпью или прямо у тебя за спиной от каждого шага осыпается со стен штукатурка - умирающий медленно завод словно дышал. Мне невольно вспомнились школьные годы, когда мы со всем своим подростковым бунтарством пытались пробраться ночью то в школу, то на заброшенный склад, то еще куда-нибудь, где нам точно находиться не следовало, и за что родителям светил бы немаленький штраф при поимке. Адреналин тогда зашкаливал, но теперь... Нас не поймает ни мистер Грейсон, школьный охранник, ни глупый Питер, охраняющий склад... Глупым он назывался потому, что имел некоторые отклонения в развитии, мешающие ему вести полноценную жизнь, однако выполнять что-то несложное вполне мог. Поначалу, мы пробирались на склад, чтобы подшутить над ним, но со временем прониклись - добрый открытый мужчина с душой ребенка. Когда он поймал нас в первый раз, то не поднял шума. Вместо вызова копов вручил нам по фонарику и заставил вместе с ним патрулировать территорию. Тогда мы условились, что если он поймает нас еще раз, то мы закажем пиццу. Стоит ли говорить, что в следующий раз мы пришли уже подготовленные? О нет, не с приборами или спецодеждой, как вы могли подумать. Мы пришли с горячей пиццей и напитками, нагло пройдя через центральный вход. Хорошо, что камер там давно не было, иначе... Ох, и влетело бы всем! Питер, Питер... Спасся ли ты? От грустных мыслей глаза защипало, и я постаралась быстрее сморгнуть непрошеные воспоминания.
Взгляд зацепился за приоткрытую металлическую дверь. На ней давно уже не просматривались опознавательные знаки - все покрылось ржавчиной и местами коррозией, - но что-то она явно скрывала. Вдруг полезное? Хотелось на это надеяться.
- Парни, - шепнула я отряду, указывая на дверь, - давайте проверим?
Эд кивнул, соглашаясь. Майкл, было, пошел за мной, но был резко остановлен нашим командиром, положившим ему руку на плечо. Они с минуту сверлили друг друга яростным взглядом, после чего Купер кивком дал команду другому члену отряда последовать за мной. Галлагер остался крайне не рад такому раскладу, но спорить сейчас не было смысла.
Подойдя к двери, я аккуратно попыталась раскрыть ее шире - не вышло. Дверь намертво застыла в своем положении, однако, если я сниму с себя лишнее, то смогу пролезть внутрь. Чутье подсказывало мне, что там явно лежит что-то нужное, что пытались припрятать.
- Билли, подержи. - Передаю своему напарнику оружие, рюкзак, облегченный бронежилет и куртку. - Я постараюсь очень осторожно. А ты постереги.
Мужчина кивает, принимая мою ношу, оглядывается по сторонам, проверяя периметр, а затем кивком указывает мне, что я могу идти. Что ж... Выдавливаю из легких максимум воздуха и не без труда, но все же протискиваюсь в щель. Мужчина сюда точно не пролез бы, если я едва смогла. Футболка на груди за что-то цепляется, и пространство разрезает треск рвущейся ткани. В естественной тишине это звучит почти оглушающе, но не настолько, чтобы привлечь много внимания. В целом, такой звук мог быть здесь и без моего присутствия, зато на моей груди теперь красуется рваный порез, оголяющий края лифа и, собственно, саму грудь. Класс.
- Порядок? - Слышу голос Билли из проема.
- Черт! Да, только... - Осматриваю себя. - Футболка стала на одну дырку моднее.
Мужчина хмыкает себе под нос, а я оглядываюсь, в поисках чего-то, что хоть сколько-то стоило потраченных усилий. Не время страдать о порванной тряпке. Любимой она точно не была. Помещение за дверью небольшое, не то комната хранения, не то какая-то лаборатория в прошлом - сложно сказать. Слева вдоль двух стен перпендикулярно друг другу стоят стеллажи под самый потолок, другой же угол занимает письменный стол и тумбы с остатками какого-то мелкого оборудования - химические горелки или вроде того. На противоположной от входа стене под самым потолком есть узкое окно с наспех приваренной решеткой. Интересно.