- Не так быстро, детка! - Чьи-то сильные руки поймали меня, едва я успела броситься прочь. – Не знаю, кого ты потеряла, но мой жилет готов тебя выслушать.
Я лишь взглянула на него и разрыдалась, уткнувшись ему в грудь. Офицер прижал меня сильнее и как-то по-отечески стал гладить по голове, будто бы немного покачивая, как ребенка. Мы так простояли до тех пор, пока во мне не закончились все слезы.
- Спасибо, офицер. – Я неловко отстранилась.
- Тебе это было нужно. А теперь скажи мне, как тебя зовут, я распоряжусь, чтобы тебя доставили к родным.
- Клэр Барнетт, сэр. Я могу вызвать такси, не волнуйтесь.
- Исключено. За пределами оцепления небезопасно. Тебя отвезут, а заодно проинструктируют. Барнетт, говоришь? Ты, случаем, не дочь шерифа Барнетта?
- Да, но… - договорить мне не дали.
- Никаких «но». – Офицер повысил строгость. – Послушай, детка, все очень плохо. Тебе крайне повезло выжить. Сейчас, будь послушной и следуй за мной. Тебя отвезут к отцу.
Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Офицер подвел меня к бронированной машине, дал какие-то указания водителю, а потом попрощался со мной. Сперва мне дали, во что наспех переодеться, так как моя одежда была вся в крови и местами порвана, а потом усадили в броневик. Кроме меня, в машину сели еще трое вооруженных солдат, и я оказалась как раз между двумя бойцами на заднем сидении.
От торгового центра мы отъезжали в полной тишине. Моему взгляду предстала вся картина: упавший самолет, который все еще местами тушили пожарные, частично разрушенный торговый центр и огромное скопление военных, медиков и людей в костюмах химзащиты. Не ускользнула от моего взгляда и площадка с вынесенными из этой катастрофы телами. Где-то среди них лежали и мои друзья. Мне стоило больших усилий подавить в себе комок, подступающий к горлу. Что-то мне подсказывало, что сидящие рядом ребята не такие сентиментальные, как поймавший меня офицер.
Едва мы выехали за импровизированное ограждение, как бойцы заметно напряглись. Дорога была чистой и слишком безлюдной. Я тоже насторожилась. Где все жители? Куда все пропали? Спеллбрук не был особенно большим городом, но ночная жизнь всегда била тут ключом. Люди должны возвращаться домой с работы, кто-то спешить в паб, не говоря уже о шумных пятничных студенческих тусовках. Да и где толпа зевак, черт возьми? Солдаты, сидящие по обе стороны от меня, открыли окна и выставили в них свое оружие. Я напряглась еще больше. Зачем? Что здесь происходит?
Когда раздался первый выстрел, я машинально пригнулась и зажала уши руками. Я не видела, ни что происходило, ни в кого стреляли. Водитель лишь вдавил педаль газа до упора, и броневик с ревом рванул вперед. Какое-то время мы ехали, периодически отстреливаясь, но потом все стихло. Я пришла в себя и смогла оглядеться. Мы точно миновали город и выехали в сельскую местность, вокруг были поля и ранчо. Я думала, что меня отвезут домой, но не рисковала задавать вопросы. Надеюсь, что отец мне все объяснит, когда я его увижу. Он точно должен быть в курсе!
Тем временем, мы свернули в чащу леса. Водитель заметно сбавил скорость, чтобы броневик двигался почти бесшумно. Когда мы все же добрались, в тусклом свете фар я заметила массивные металлические ворота, через которые нас пропустили внутрь еще несколько военных. Автомобиль въехал на маленькую территорию, обнесенную бетонным забором с колючей проволокой. Наконец, мы остановились и вышли из машины. Никто не говорил вслух, все общались между собой какими-то условными знаками. Солдаты остались на посту, а водитель, осторожно взяв меня под локоть, повел за собой. Через несколько шагов я разглядела в темноте выступ, холм, если можно так сказать, в центре которого, в углублении были еще одни бронированные ворота. Я читала об этом, да и отец рассказывал. Сомнений теперь не было – меня привезли в бункер, убежище, предусмотренное на случай катастроф.
После мелодичного стука, который я изо всех сил постаралась запомнить, словно чувствовала, что он еще не раз мне пригодится, ворота медленно отворились, пропуская нас внутрь. Я осмотрела тускло освещенное помещение, которым оказался контрольно-пропускной пункт, и пока не успела озвучить все свои вопросы, мой сопровождающий подал голос.