Вопреки моим ожиданиям, дверца люка полностью распахнулась, и незнакомец поднялся над уровнем пола по пояс. Теперь я лучше могла разглядеть его в тусклом свете луны, пробивающемся через узкое оконце под потолком: совершенно точно неживой, зараженный, как и те, кто гуляет снаружи, но... разумный? Его мертвенно-бледное тело было изрезано темными венами, местами на коже были следы разложения, глазные яблоки были черными, что еще больше подчеркивало кислотный цвет его радужки. Что ты, мать твою, такое?! Никогда раньше не слышала о таких экземплярах, и уж тем более не видела лично. Рука дохляка взметнулась вверх, а затем поманила, призывая меня подняться и последовать за ним. Что, нахрен? Никуда я с тобой не пойду! Я только сильнее вжалась в стену и замотала головой, отвечая жестом на жест. Он нахмурился. Это эмоции? Охренеть. Как же мне хотелось доставить его живым в лабораторию к Меридитт. Но там внизу его дружки, и это, определенно, проблема. Он повторил свой жест рукой, показывая, что лучше мне пойти по-хорошему. Подумав, я все же решила последовать за ним. Куда-то же меня это приведет?
Глава 6. Тот самый Декарт
Как же, мать твою, все болит... Это первая мысль, которая коснулась моего мозга, едва сознание прорвалось наружу. Мои кости словно раздробили, а затем собрали заново – не пошевелиться. Все тело нещадно ныло, а голова норовила взорваться от любой попытки подумать. Проклятье! Быстро сдохнуть не про меня, верно? Не то, чтобы я стремилась именно к этому результату, просто… В нынешних реалиях неизвестность хуже смерти, а я даже не помню, как оказалась здесь. Да и где это «здесь»?
По мере того, как я приходила в себя, ко мне вернулось и обоняние. Место, где я находилась, было сырым и затхлым, пахло промозглой землей и чем-то еще слабо различимым. Возможно, это был запах замшелых камней, я не уверена. Вообще ни в чем сейчас не уверена. Воображение рисовало средневековую пыточную. Звенящая тишина, нарушаемая лишь периодическим лязгом цепей, еще больше давила на голову изнутри. Через пару минут, - насколько верно я могла оценить течение времени, - наступило осознание, что я лежу на каменном полу лицом вниз. Шея и челюсть затекли от такого незавидного положения, а на щеке, я уверена, теперь намертво отпечатался узор каменной поверхности. Взывая к тем крохам сил, что смогла в себе обнаружить, я попыталась хотя бы перевернуться на спину, чтобы как следует выпрямить и размять затекшее тело. И мне все же удалось это сделать, испустив при этом хрипящий болезненный стон:
- Бо-о-оже... Уф!
Позвоночник благодарно хрустнул, а я почувствовала боль облегчения. Никогда бы не подумала, что буду так рада растянуться на камнях.
- Надо же, живая, ведьма. - Из соседней камеры раздался приглушенный мужской голос, намеренно сделав ехидный акцент на последнем слове.
Сознание проигнорировало присутствие еще кого-то, предпочитая более детально ознакомиться с обстановкой, окружающей меня теперь. Взгляд уперся в темные, пострадавшие от сырости и плесени, каменные своды - коричневые и серые камни, даже не кирпичи, не имея общего размера и упорядоченности, формировали стены, пол и потолок, под которым решеткой было перекрыто маленькое арочное окошко. Очевидно, оно служило и вентиляцией, поскольку, кроме металлических прутьев, не имело створок или хотя бы просто стекла. Сквозь него слабо пробивался дневной свет, позволяя лучше рассмотреть мое временное пристанище. Место заточения, если точнее. Справа от окна, если стоять к нему лицом, закрепленная на массивные железные цепи, висела заметно подгнившая деревянная скамья. Она же - кровать, полагаю. Наверное, сделана из влагоустойчивых пород, но от зеленого плесневелого налета ее это не уберегло. Над ней было такое же окно, как и то, что вело во внешний мир, только выходило в соседнюю камеру. Понятно теперь, отчего голос моего соседа слышится довольно хорошо, несмотря на, казалось бы, изолированность. Далее, на противоположной от уличного окна стене, находилась массивная потертая деревянная дверь с небольшим смотровым окошком. И снова мое воображение подтолкнуло меня в средневековье, но ясно было одно - помещение, чем бы оно ни являлось, было расположено ниже уровня земли. Похожий подвал есть у нас в таверне, одном из старейших зданий города по совместительству, но я явно не в нем. Как далеко я теперь от своего города? И как мне вернуться назад? Да и сколько времени прошло, черт подери?! Ничего не помню... Лязг цепей из соседней камеры и голос его обитателя снова обратили на себя внимание.