— И зачем всё это?
— Чтобы запретить нам жрать вне расписания.
Я поморщилась: — Денхолм — конченый психопат, блядь.
— Это точно. — Он искоса взглянул на меня. — Давай, пошли. Пока нас не застукали и он не придумал новый изощрённый способ тебя наказать.
Я пропустила его вперёд и осторожно приоткрыла дверь, проверяя коридор, чтобы не столкнуться с охранником нос к носу. Убедившись, что путь свободен, я вышла бесшумной походкой вслед за Кирианом.
Но пока я шла, тяжесть в груди от мысли о том, что нужно снова запереться в комнате, никуда не исчезала. Чем выше мы поднимались, тем сильнее дрожали мои руки, а дыхание становилось тяжёлым, будто воздух с трудом выходил наружу.
— Арья? — Кириан обернулся, заметив, что я остановилась.
Я подняла взгляд: — Иди. Я… загляну в столовую, возьму чего-нибудь холодного. Мне нехорошо.
— Если тебя поймают…
— Я справлюсь, — перебила я. — Я же теперь в группе Нефилимов, помнишь?
Он отвел взгляд: — Точно. Я и забыл. Ну что ж, тогда спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — пробормотала я, провожая его взглядом.
Я спустилась по лестнице на первый этаж, плотнее запахивая халат. Коридор, разумеется, был пуст, а лунного света вполне хватало, чтобы видеть, куда наступаешь. Но вдруг я замерла, поняв: нет, это не только лунный свет.
В столовой горели лампы.
Я подобралась поближе, а затем зашла в кухню, заметив, что там, по всей видимости, никого нет. Я открыла холодильник, достала бутылку воды и сделала большой глоток, но легче мне не стало. Напротив, ощущение тяжести и холода только усилилось.
Я бросила взгляд на кофемашину и вздохнула.
Я включила её, а сама тем временем достала жестяную банку из шкафчика и насыпала две полные ложки молотого кофе в фильтр. Наполнила резервуар водой и нажала кнопку старта. Знакомое бульканье работающей машины нарушило ночную тишину. Аромат наполнил кухню, и я понадеялась, что он никого не привлечёт.
Через несколько минут мой кофе был готов. Я налила немного в чашку, стараясь не обжечься. Жар хотя бы согрел мне руки. Я сделала долгий глоток, уставившись на столешницу остекленевшим взглядом.
Вкус был не самый лучший — куда менее насыщенный, чем у итальянского кофе, но я могла с этим смириться.
Минута покоя длилась недолго: кто-то выхватил чашку у меня из рук, лишая её тепла. Загорелую кожу и длинные, но крепкие пальцы невозможно было не узнать. По крайней мере, мне.
Я резко обернулась и уставилась на демона, который как ни в чём не бывало потягивал мой кофе.
Данталиан ухмыльнулся: — А он хорош. Мне как раз не хватало заряда.
— Почему бы тебе не налить себе самому, вместо того чтобы воровать мой? — прорычала я.
— Потому что вещи кажутся вкуснее, когда они принадлежат тебе.
Я разочарованно вздохнула. Прислонилась к столешнице, скрестив руки на груди. — Я могу получить пять минут покоя, чтобы ты не ебал мне мозг?
Он прищурился. — У тебя было сорок восемь часов без меня. Пора наверстывать.
— Я не успела ими насладиться. Знаешь ли, я была занята тем, чтобы не сойти с ума, а не смакованием времени без твоего присутствия. — Я сжала кулаки.
— Хотя… я бы не сказал. — Он оперся локтями о столешницу за спиной, всё ещё сжимая чашку. — Совсем недавно в компании Кириана ты казалась вполне себе вменяемой.
Сердце ухнуло вниз. Как, чёрт возьми, он узнал? — У тебя какие-то проблемы? — я раздражённо прищурилась.
— Масса проблем, милая. И у большинства из них — твоё имя.
Я проигнорировала очередной удар сердца. — Какая жалость. Мне слишком нравится доставлять тебе проблемы, чтобы я могла остановиться.
Теперь пришла его очередь сузить глаза. — И почему ты это делаешь? Ты когда-нибудь задумывалась, откуда в тебе берётся этот инстинктивный бунт, когда дело касается меня и моих приказов? Почему тебе так нравится бросать мне вызов? — прорычал он. — Может, потому что тебе, в конце концов, нравится видеть, как я теряю контроль? Тебе нравится, когда я принуждаю тебя силой, потому что это единственные моменты, когда между нами есть контакт!
— А может, потому что я тебя ненавижу, ты об этом не думал? — язвительно бросила я.
Вопреки моим ожиданиям — я-то надеялась его ранить — уголки его губ поползли вверх. Он слегка наклонил голову набок, ставя чашку на стол позади себя.
— Скажи это, Арья. Скажи ещё раз. Рискни.