— Сейчас, да, гавкает, а вот раньше кашлял.
Осмотрев Ручика и признав его совершенно здоровым, Костуш поинтересовался: «Зачем мальчику печать? Пусть просто не выходит на улицу и всё».
Ему объяснили, что, оказывается, из запасов князя по домам будут развозить и раздавать бесплатно муку и крупы, но только тем, у кого есть печать.
Костуш предложил им самим отвести Ручика за две улицы: когда сюда шёл, он там видел фургоны осматривающих. Подождут Древоходца-целителя и поставят печать, а что мальчик здоров — Костуш уверен.
Попрощавшись с Волитом и его родственниками, Костуш отправился в ближайший трактир.
У всех на входе вышибала требовал показать печать, Костуша же он помнил, знал, что тот Древоходец и пропустил без досмотра.
Обратно Костуш выходил уже с двумя мешками, наполненными вином и продуктами.
Связав их вместе и перекинув через плечо, направился к своей казарме.
В этот раз задержали его только на входе в чумную зону. На посту его знали, а остановили, догадавшись, что в одном из мешков у него бочонок с вином.
На уговоры поделиться, Костуш воззвал к их совести, потому как, что такое двенадцать литров вина на двадцать пять Древоходцев?
Вечером, почти все Древоходцы, собрались у костра, пили вино и обжаривали на огне принесённые Костушем колбаски. Пока обстановка с чумой не выглядела столь уж драматично: среди жителей Либорга заболевших было немного, среди приезжих побольше, но их быстро выявляли и изолировали от здоровых. С потоком больных чумой детей, Древоходцы справлялись без напряжения.
Беседа за костром протекала размеренно, иногда даже звучал смех — это был их последний относительно спокойный вечер в чумной зоне.
В последующие дни многие из Древоточцев, станут пить почти постоянно и вино, и что покрепче, зачастую в одиночестве с основной целью забыться, потому что уже на следующие утро, после этих посиделок у костра, из тумана появится сначала длинная лодка с уставшими гребцами, тащившая на канате баржу с детьми из княжества Верхнерульского, а затем, ещё до полудня, с низовья подтянется и баржа из княжества Древленского.
С приходом этих двух барж, для Древоходцев наступит период, который многие из них позже будут вспоминать как самый страшный и тяжёлый в их жизни.
Полная сумятица на чумном острове началась уже сразу после причаливания первой баржи, а с подходом второй наступил почти полный коллапс.
Сразу возникли беспорядки, спровоцированные прибывшими на барже взрослыми, которые сопровождали больных детей во время плавания.
Чаще всего это были отцы заражённых детей. Они вызвались управлять баржей и ухаживать за больными, при условии, что именно с их детьми, в первую очередь, совершат перемещения Древоходцы.
Что-то объяснять и говорить им было бесполезно, тем более — некоторые из них уже и сами заразились.
Поначалу Древоходцы просто ждали, когда к ним переправят первых детей, только время шло, а стоящие на берегу чумного острова лодки под перевозку, так и оставались пустыми.
Неизвестно, сколь долго бы ещё ждали, но затем услышали выстрелы.
Все девять сильных Древоходцев, способных прыгать с крупными детьми, в том числе и Костуш, стояли вместе, и, когда раздались выстрелы, Линшиц, — глава княжеских Древоходцев, скомандовал своим садиться в единственную лодку, стоящую у этого берега и плыть к острову.
Лодка была рассчитана на шесть человек, и все трое княжеских Древоходцев сразу заняли в ней места.
— Ты тоже садись! — взглянув на Костуша, скомандовал Линшиц. — Похоже, придётся успокаивать, а ты, говорят, силён.
Переправившись через канал, выбрались из лодки и пошли к причалившей с другой стороны острова барже.
Пока шли через остров, всё было тихо, но на подходе сначала услышали громкий мужской голос, раз за разом требующего всех отойти, затем раздались крики сразу многих людей и опять раздался выстрел, заставивший Древоходцев перейти на бег.
Они оббежали огороженный навес, установленный перед причалом, и увидели толпу дерущиеся мужчин. Драка происходила рядом с повозками, на которых уже находились больные дети, перенесённые с баржи. Ещё около десятка носилок с детьми находились на земле неподалёку.
Несколько человек, явно пострадавших при столкновении, сидели под навесом и между ними ходили целители — Древоходцы.
Среди пострадавших были и служащие «чумных бараков».
Костуш знал, что Древоходцев на все вспомогательные работы не хватает, и за хорошие деньги нанимали переболевших когда-то чумой людей. Прошлая эпидемия происходила пятнадцать лет назад, за это время иммунитет к чуме сохранился не у всех, поэтому и среди таких привлечённых уже были случаи заражения.