Вот к нему на перемене и обратился Костя. Смысл предложения Виннеру был такой: якобы у Кости есть выход на одного машиниста электровоза, который постоянно совершает поездки в город Чоп, где может купить Чехословацкие вещи, и будто бы этот машинист предлагает Косте чешские жевательные резинки в любом количестве.
— Какую. жвачку? «Педро» что ли? — поинтересовался Виннер.
— Да какую захочешь, только чешскую.
— Лучше тогда брать «Баё» и «Пинк», но можно немного и «Педро», — посоветовал Виннер.
— Ты у меня эту жвачку возьмёшь? — спросил Костя.
— Всё зависит от «почём и сколько», — ответил Виннер.
После длительного торга сговорились по 23 копейки за штуку, при этом, Костя точно знал, что Виннер продавал школьникам за 50 копеек.
— 50 копеек — розничная цена, — объяснял Виннер основы торговли. — Ты обещаешь партию в 250–300 штук. Сам в Каменске я столько не сброшу. Мне придётся отдавать на реализацию, или продавать оптом.
Договорившись о цене, Костя попросил предоплату в 20 рублей. Деньги Виннер выдал, при условии, что партия жвачки должна быть, максимум, через пять дней.
— Я знаю: ты не балбес, серьёзный парень, — внук директрисы, но, если меня кинешь… — начал было нагнетать Виннер.
— Не начинай, всё будет нормально, — оборвал его Костя.
— Может и нормально, но предупредить обязан.
Следующим этапом, в задуманной Костей комбинации, была закупка водки.
Появилась небольшая проблема: водку в магазинах по молодости ему не отпускали и тогда попросил помочь Толика Васина, — с ним вместе занимался боксом, и это Толик рассказывал, как ему однажды удалось избить пятерых гопников.
Костя добавил свою заначку в пять рублей к деньгам Виннера и при цене в 4,12 рубля за бутылку, решил сыграть на все — купить шесть бутылок водки.
Толик Волков, конечно, поинтересовался: «Зачем столько?».
Костя объяснил, что у него возникли тёрки в Каменске — не того отделал, и вот приходится выплачивать «отходные».
— Давай мы лучше с ребятами подъедем, всех в твоём Каменске на уши поставим. И водки нам меньше ставить, — тремя бутылками обойдёмся, и тебе потом уважение, — стороной обходить будут, — предложил Толик.
Костя, не вдаваясь в объяснения просто сказал, что не тот случай.
Когда же, передав деньги, попросил купить шесть бутылок «Столичной» по 4,12, Толик удивился:
— Откупаться от шпаны «Столичной?». Что-то не верю — дурку гонишь! Шпане и обычной, за 3, 62 хватило бы! Чую тебя «мусорня» за жабры взяла! Я угадал? Мусора?
Отвечать Костя не стал, а только пожал плечами.
Следующем утром Костя отправился в свою первую «челночную» ходку в роли спиртоноса.
На календаре — 19 мая, День пионерии. В школе занятий не было, а с торжественных мероприятий удалось быстро улизнуть.
Прибежав домой, переоделся в спортивный костюм и обул кеды. Вытащил из поленницы около бани припрятанный там рюкзак, где, проложенные газетой «Правда», лежали шесть бутылок «Столичной».
Прыгать из двора дома сразу к «Волшебной поляне» не стал, а, забросив рюкзак за спину, пошёл пешком, благо тропинка уже подсохла, поэтому добрался, даже не запачкав обувь и сразу прыгнул в Словакию.
Надежды на быструю реализации водки, Костя связывал со стройкой, мимо которой проходил прошлый раз по дороге к городу.
Забора вокруг строительной площадки не было, но на единственной подъездной дороге, рядом со шлагбаумом, стояла охранная будка, к которой и направился Костя.
Поначалу сторож встретил его неприветливо, куда-то энергично отправлял. Пусть Костя и учил словацкий, только больше интуитивно понял, что посылают его в одно естественное физиологическое отверстие.
После демонстрации содержимого рюкзака, сторож смягчился, осознал ценность посетителя, пригласил пройти вовнутрь и приступил к торгу.
К сожалению, всю партию взять сторож не смог — не хватало денег и ограничился только одной бутылкой, зато решил помочь пристроить остальную водку, для чего вышел из будки и попросил кого-то из рабочих пригласить сюда Душана.
Через некоторое время к ним присоединился высокий стройный и улыбчивый Душан.