Мастера Ярич и Фабех, собрали оставшихся в школе старших учеников и тоже отправились к реке на поиски Костуша. Они запланировали по обоим берегам дойти до места впадения Пчёлки в реку Рул и осмотреть также заводь, куда Пчёлка обычно выносит попавшие в неё стволы деревьев, но не только деревья, а ещё, как это уже не раз бывало, и тела людей.
Территория школы опустела. Немногие, оставшиеся ученики и обслуга обсуждали случившиеся. Обслуга, собираясь в кучки, вспоминали, когда видели Костуша последний раз: что сказал; куда шёл; как улыбался. Ещё их волновало: не уменьшат ли им выплаты, потому, как всем известно, — Костуш зарабатывал для школы много денег на переносе крупных детей.
Ученики же, а остались только учащиеся младших групп, больше говорили о Бубке. Они, почти все, его боялись и надеялись, что теперь-то уж точно Бубка казнят, или отправят на каторгу.
Сам же глава школы мэтр Гарвил, послал свой экипаж за матерью Бубка, а оставшихся преподавателей с бухгалтером собрал в кабинете. Они обсуждали, как им действовать в дальнейшем, в связи с возможной смертью Костуша.
При утрате сразу двух Древоходцев — Костуша и Бубка, из бюджета школы выпадал очень значимый кусок доходов.
— Бубка терять нельзя, — заявила бухгалтер, она же экономка. — Даже если он убил Костуша, нам необходимо его оставить при школе. Без Костуша доходы, конечно, упадут, но как-то мы жили раньше без него с одним Бубком и сейчас проживём.
— Если он убил Костуша, быстрее всего мы потеряем и Бубка, — заметил мэтр Гарвил. — Скрыть это нам не удастся: получается, мы скрываем преступника, скрываем убийцу.
Костуш стал уже заметной фигурой в княжестве, и его смертью обязательно заинтересуется княжеская семья.
Можно постараться провернуть так, что Бубка как Древоходца, приговорят к заключению, но будут выпускать из-под стражи для лечения детей. Только цена на его услуги станет очень маленькой: лишь совсем бедные люди доверят своего ребёнка убийце. Кроме того, ещё и отчисления княжеству за охрану и тогда вся прибыль уйдёт почти в нуль.
Мэтр Гарвил посмотрел на своих сотрудников, задержав взгляд на мастере Мелиусе.
— Мастер Мелиус, — обратился он к нему, — а как у нас сейчас обстоят дела с Ильхомом? Он же, как Древоходец, подавал неплохие надежды. С Теллиусом всё понятно — он никогда не унесёт даже трёхлетнего ребёнка, но Ильхом же уверенно прибавлял.
— Он и сейчас прибавляет, — ответил мастер Мелиус. — Всё идёт почти в полном соответствии с графиком развития обычных Древоходцев. По ним, Ильхома, через пару лет достигнет уровня Бубка. Просто Ильхома — он обычный, средний, а вот Костуш…
— Эх Костуш, Костуш, какую свинью нам подсунул! — перебил его мэтр Гарвил. — Ладно, Бубок — дурак, но Костуш — то, тоже балбес, по трубе этой полез!
Мэтр, выплёскивая свой гнев, ударил кулаком по столу. Переживал не только за школу, а ещё больше переживал за возможную потерю денег, вложенных в компанию по производству резины.
Мэтр Гарвил мечтал, что это, совместное с княжеской семьёй предприятие, явиться источником его обеспеченной старости, но теперь, после смерти Костуша, всё эти мечты рушились, и единственной надеждой на материальное благополучие оставалась школа.
После удара кулаком по столу мэтра Гарвила, все находившиеся в кабинете притихли, молчаливую паузу нарушил мастер-артефактор Тулбас:
— Зря послали экипаж за матерью Бубка: от неё сейчас только скандал и крик получим. Надо было за адвокатом посылать. Если тело найдут — это одно. А если нет?
— Ты хочешь сказать, убийство не убийство, пока нет тела? — заинтересовался мэтр Гарвил.
— Получается, если тело не найдут, мы сможем оставить Бубка у себя? — высказала своё предположение экономка.
В это время во дворе школы раздался какой-то шум. Мастер Мелиус поднялся со стула и обогнув кресло мэтра подошёл к окну.
— Всё! Нашлось тело! — объявил Мелиус. После паузы, когда все повскакивали со своих мест и бросились смотреть, добавил:
— Вон тело, в центре двора стоит.
— Спасибо вам, Святые Первородители! — произнёс мэтр Гарвил, и вместе с остальными присутствующими, поспешил на улицу.
Костуш стоял в центре двора, в окружении младших учеников. По принятому в школе порядку, все младшие должны быть очень коротко пострижены, почти наголо, отчего сейчас, возвышаясь чуть ли не на метр над полянкой из лысых голов, Костуш с детьми, представляли очень забавное зрелище.
От построек, где жила школьная обслуга, к ним ещё бежали люди с криками: «Костуш вернулся! Живой!».