Она чувствительно ткнула меня в грудину указательным пальцем, умолкла, а затем презрительно выдала с кривой ухмылкой:
— Некоторым везет. Впрочем, возможно, однажды ты так его достанешь, что он превратит твои мозги в кучку пепла.
— Ты закончила? — спросила ледяным тоном я.
Что ж, может, однажды так и случится: я достану Иоданира Тэппа. Но кто сказал, что не уничтожу его раньше? Мы умрем вместе, потому что теперь мы вообще вместе. Но Вироне этого не понять.
— Долг, Зарянская, — напомнила Вурк, с брезгливым видом убрала от меня руку.
Оттолкнув ее, я продолжила путь. Не оглядывалась. Не слышала шагов за спиной, указывавших на то, что дрянь ушла своей дорогой. Может быть, она стояла, наблюдая, как зайду к Тэппу в комнату. На здоровье тогда.
Он листал инфопапки, сидя на рабочем месте, не обернулся, когда я вошла. Одет в светлую футболку и свободные штаны. Никогда не видела его в столь… неформальных вещах. Это и взволновало, и сбило с толку. И еще внезапно вспомнила о взыскании за опоздание и ощутила странный покалывающий иголочками адреналина жар.
— Иногда, Мия, я думаю, что ты треплешь мне нервы и испытываешь на прочность мою выдержку специально, — произнес Тэпп безмятежно. — Или все-таки тебя соблазнили две ночи?
На деревянных ногах я прошла к кровати, села на нее. Когда была здесь в первый раз (как раз благодаря предательству Вироны), даже подумать не могла, что в один тяжелый день приду сюда добровольно и… захочу остаться.
— Соблазнила помощь отличника в социологическом проектировании, — ответила задумчиво, вглядываясь в темный затылок, измеряя ширину плеч, оценивая крепкую шею.
Он хохотнул.
— Велика вероятность, Карамелька, что я окажусь здесь бОльшим монстром, чем кер Бремер.
Голографический экран с данными погас, Тэпп дезактивировал инфопапки и, встав, присоединился ко мне на кровати. Несколько мгновений мы молча смотрели друг другу в глаза. Вглядываясь в теплую в приглушенном свете серебристую глубину, я думала о том, что сказал сегодня Деймос: у меня не было шансов. Пусть так. Шансов не было, остались результаты, да. Они дадут ростки, а те затем — плоды. Ужасные или приятные? Или ужасно приятные?
— Какие у тебя блоки? — тихо спросил Тэпп, коснулся моих распушившихся волос, поглаживая, пропуская сквозь пальцы.
— На сегодня — В-15 и В-16. Планшет на зарядке, где-то через час будет готов, заберу и приступим.
Я все никак не могла идентифицировать свои ощущения, потом все же определила: растерянность и взбудораженность. И едва не рассмеялась. О долге перед Вурк надо думать и о том, как на Тэппа все это вывалить, а не о том, что он завораживающе красив, что касается меня и смотрит с… какой-то испытующей, острой нежностью, требовательностью.
— Ладно. Потом сочтемся с тобой, — кивнув, он дотянулся до коробки на тумбочке у кровати.
— То есть это небескорыстно? — неприятно удивилась я.
— До бескорыстности мы с тобой дойдем, когда позади будут несколько пунктов, — спокойно отозвался Садист, извлекая сирс из специального гнезда.
— Каких?
— Когда уровень твоей подготовки будет полностью меня удовлетворять, когда ты, наконец, прекратишь сопротивляться и пытаться обыграть меня. И последнее: когда уже не будем ограничиваться сексом в мыслях.
Я нервно рассмеялась.
— То есть как раз к моему выпуску, — резюмировала саркастично.
Он бросил на меня насмешливый взгляд, протянул ладонь:
— Возможно, гораздо раньше. Давай сюда руку и иди ко мне.
Я опустила взгляд на сирс на своем запястье, инстинктивно накрыла его рукой, скривилась.
— Что такое? — Иоданир откинул волосы мне на плечо и, придвинувшись ближе, заставил усесться в нашу с ним привычную позу: я прижата спиной к его груди, в коконе его рук и ног, окружена теплом и перечным жгуче-сладким запахом опасности.
— Знаешь, он со мной уже семь лет, — прошептала, поглаживая мизинцем сегменты простого браслета из полифекта. — Мама подарила в последний из периодов прояснения. Сказала что-то вроде: ты не разделишь мою судьбу, у тебя своя дорога, если потребуется, выгрызи ее даже в камне.
Он запечатлел долгий поцелуй на моей макушке, выдохнул в нее:
— Это теперь уже в прошлом. В настоящем, наша с тобой договоренность.
— Какая?
— Что я позабочусь о тебе.
Да. А взамен я отдам тебе всю себя. Но не все так просто, Иоданир, тебя себе я ведь тоже заберу. Потому что не сдамся, потому что не жертва.
— Снимай, Карамелька, — прошептал в ухо, согрев его своим дыханием.
Минут пятнадцать он возился с настройками, перекидывал данные со старого устройства, взламывал программы-шпионы, синхронизировал некоторые параметры со своим сирсом. Откинув голову на твердое плечо, я смотрела на его профиль, четко очерченный, жесткий, красивый.
— У меня проблемы, — произнесла скучающе.
Близость Тэппа и осознание, что мы вместе, вдруг сделали неважным, незначительным требование Вироны. Все будет решено так или иначе…
— М? — он не отрывался от облака сирса, для удобства положив мою руку на свое согнутое колено.
— Вурк хотят исключить. Она взломала вирт.
Тэпп хмыкнул удовлетворенно.
— Великолепно. Только при чем здесь ты?
— Я ей должна.
Он мгновенно напрягся, бросив настройку сирса, настроение изменилось.
— Мия, … — грубо выругался. — Какого хрена ты мне не сказала, что у тебя долг перед ней? До того, как все это провернул!
Я выпрямилась и уставилась в недоумении в опасно посветлевшие глаза.
— Ты это устроил?
— У меня были подозрения, что она нечестно играла. Попросил проверить и перекинуть доказательства ее куратору. С настойчивой просьбой отчислить.
— Твою мать, Тэпп! — тоже взвилась я. — Не нужно пытаться, у тебя голова разболится, я открою тебе свои тайны как-нибудь потом, — ехидно передразнила его слова, ударила в плечо. — Просто. Перестань. Держать. Меня. За малявку!
— Я не был уверен тогда, и посвящать тебя в свои планы не видел смысла. Не обсуждается. — Он обхватил мое плечо, прищурился раздраженно. — Что она хочет?
— Чтобы дело закончилось вынесением предупреждения, а не исключением.
— И поспособствовать этому должен я?
— Она заявила, что это в твоих силах.
— В моих.
Повисла пауза. О настройке сирса мы оба уже позабыли. Я сверлила парня выжидательным взглядом, он — перекипевший, лицо смягчилось — вдруг кривовато усмехнулся.
— Что? — Я не понимала, чего Садист хочет и почему до сих пор не произнес: «Да, я это сделаю».
— Отдай свой долг, Артемия. Попроси, — непривычным мягким тоном, вызвавшим у меня мурашки, пояснил он, потянувшись к лицу, сдул с него прядку, будоража и накаляя до предела.
Я судорожно выдохнула.
— Хорошо. Я прошу тебя, Иоданир, помочь этой сволочи Вироне Вурк. Сделать так, чтобы ее не отчисляли, а всего лишь предупредили.
— Ладно, — он кивнул в подтверждение. — Небескорыстно.
Скрипнула зубами. Еще бы!
— А тебе чего надо? — буркнула, сложив руки на груди. — Взыскание? Наказание? Очередной мозгодробительный квест или тест с тобой на пару?
— Все проще. Поцелуй меня.
Я резко вскинула на него взгляд. Губы внезапно запекло, сердце заколотилось, жаркая кровь прилила к низу живота. Тэпп глядел на меня лукаво, с вызовом в глубоких серых глазах, дразнил спрятанной в уголке рта насмешкой. Мол, ты испугаешься, Зарянская, решишься на эту хрень только из-за долга.
Нет уж. Не только из-за долга. Я слилась с ним сознаниями, что еще более интимно, чем телами, а это просто прикосновение губ.
Сев удобнее, чуть развернувшись к Тэппу, неторопливо и мягко дотронулась до его щеки, посмотрела на линии рта и поняла, что очень хочу этого поцелуя, знать бы только с какой стороны подступиться. В висках запульсировало, дыхание сбилось, а внутри словно растекались, разбегались электрические разряды, звеня в крови, приятно тревожа.