- Я так переживал, но Док сообщил, что операция прошла успешно и ты скоро выйдешь из капсулы. Потом заступил на вахту, а когда сменился, сразу же примчался к тебе. Ну как ты, малыш?
- Не знаю, наверное, хорошо, - неопределенно ответила Ева.
- Постой, Док говорил, что из-за травмы утрачена часть памяти. А меня ты, хотя бы, помнишь?
- Конечно, ты Тим Юджер, мой непосредственный начальник, и, по-моему, у нас с тобой служебный роман, - изображая потуги вспомнить большее проговорила она.
- Да, малышка, так и есть! – воскликнул Тим и, пылко задышав ей на ушко, зашептал:
- А сейчас я напомню тебе, с каким страстным любовником ты делишь постель!
Он стал целовать её в шею и поспешно расстегивать крепления комбинезона. Не дожидаясь дальнейших действий, Ева вырастила тонкое щупальце и, проколов ткани, подсоединилась к его нервной системе. Обмякшее тело Тима рухнуло на кровать. «Любовнику» казалось, что он одерживает очередную сексуальную победу, а Ева, в это время, покопалась в его голове.
Сам того не ведая, Тимон Юджер поделился с метаморфом частью своих чувств, эмоций и помыслов. Просматривая обрывки мыслеобразов, Ева натолкнулась на один интересный факт. Её «любовник» испытывал по отношению к Еве угрызения совести. Потянув за эту ниточку, она наткнулась на страх и панические переживания за свою жизнь, связанных с образом капитана Роба. А став копать уже в эту сторону, вдруг отчетливо осознала, кто был причиной нападения на Еву. Бедняжка случайно наткнулась на какую-то горячую информацию и поделилась ею с Тимом, а тот, в свою очередь, поспешил сдать любовницу Робу. Даже сейчас Тим приходил к Еве с единственной целью – выяснить, точно ли она ничего не помнит!
Тим вышел из душа насвистывая какую-то мелодию и тут же плюхнулся на кровать:
- Когда ты лежишь в такой сексуальной позе, я снова начинаю заводиться!
Он протянул руку к оголенному бедру Евы и стал его поглаживать, но девушка отстранилась. Присев в кровати на коленки, «любовница» заговорила холодным тоном:
- Послушай, Тим! Наш роман закончился. Капитан Роб только что расторг мой контракт. Я больше не твоя подчиненная и, если у тебя нет планов сделать меня своей официальной женой, тогда это был наш последний секс. Я спала с тобой потому, что могла всегда рассчитывать на поблажки, поддержку в случае неприятностей и высокий процент моей доли при распределении прибылей от рейсов. Прости, но я тебя не люблю и никогда не любила, а секс без обязательств мне сейчас меньше всего нужен!
- Вот, как! – сделав кислую физиономию выдохнул Тим.
- Только не надо делать вид, что ты в меня влюблен! Не поверю. Я всегда была для тебя смазливой подчиненной, готовой к сексу в любое время. Разве нет! – отрезала она. – Так что, давай расстанемся спокойно и без обид друг на друга.
- А ты, оказывается, та еще стерва! – натягивая на себя комбез, выпалил Тим.
- Спасибо за комплимент! – ответила Ева. – Закрой, пожалуйста, за собой дверь.
- Она автоматическая, дура! – зло выплюнул бывший любовник и вышел в коридор.
- Знаю, - сказала она сама себе и удовлетворенно улыбнулась.
Док встретил Еву радостной улыбкой и засуетился как подросток на первом свидании. В результате бурной суеты, искин медблока был отправлен в спящий режим, двери заблокированы, а хозяин извлек из шкафа с медикаментами запечатанную бутылку и два бокала. Сняв предохранительный колпачок, он стал аккуратно вынимать пробку.
- Игристое вино, может выстрелить, - пояснил Док. – Специально берег для такого случая.
Раздался негромкий хлопок и напиток устремился наружу. Протянув Еве бокал, Док торжественно произнес:
- Я хочу отметить начало нашего близкого знакомства! – и отпив большой глоток закатил глаза в восторге.
Следуя примеру Дока, Ева сделала несколько глотков и чуть не закашлялась от атаковавших её горло пузырьков углекислоты, зато послевкусие приятно порадовало фруктовыми оттенками. Помимо сиропа в напитке было ещё два ингредиента – этиловый спирт и сложный биостимулятор. И судя по тому, как едва попав в кровяное русло он резко усилил выброс гормона удовольствия – это был афродизиак. Ева тут-же заблокировала его действие. Стимуляторы полового влечения ей были ни к чему, а вот стареющему сластолюбцу, по-видимому, необходимы.