— Короче, не знаю как, но убеди ее молчать при Тане. Иначе мне конец.
— Сомневаюсь, что она будет молчать, особенно при Лехе.
— Что за Леха?
— Так этот красавец «смазливый». Двоюродный брат Лены, еще сын Михаила Ивановича.
Вот черт...
— Пистолет нужен, застрелиться пора... — тихо сказал я, понимая, насколько влип.
— Брат, лучше не связывайся с ним. Я попробую убедить Лену не показывать видео ему, но не обещаю.
Если этот урод узнает, что мой отец работает у его отца — никому не поздоровиться.
— Разберемся, оставь как есть. Все, конец связи.
Я собрался отключиться, но друг остановил меня:
— Друг, не обижай Таню. Она и так из-за, тупого, тебя настрадалась.
— Не тупой, понимаю. Все, до связи.
Отключив телефон, я быстро забежал в кафе и уселся перед Таней. К этому моменту официант уже ушел.
— На мелких западаешь? — весело спросил я, стараясь не показывать ей тревожность.
— Ага, слышала, в тюрьме хорошо кормят, решила тоже попробовать, вот, семнадцатилетних соблазняю.
Я громко рассмеялся. Шутки Тани всегда были смешными, даже Диана не сдерживается, когда она шутит.
— О чем болтали так долго с Тимуром? Выглядел шокированным.
Даже не знаю, говорить ли ей об этом. Рано или поздно она все равно узнает это от Лены. Но если скажу я...
— Ты уверена, что хочешь знать?
— Вообще-то не очень, но стало интересно теперь. Расскажи, — Таня улыбнулась так непринужденно, будто это не она двадцать минут назад ревела как вне себя.
Поэтому я решил рассказать, готовый за такую улыбку хоть горы сворачивать. Что со мной — без понятия. Может, пришло время вернуть наши старые добрые отношения?
— В комнате родителей Тима есть камеры, — резко выдал я.
— И что это... Стоп, что?! — она чуть не поперхнулась, кашлянула и быстро пришла в себя. — Не говори, что...
— Да, он видел запись.
Таня резко встала со своего места от шока и быстро села, заметив на себе чужие взгляды. Сначала она покраснела, потом начала дергать ногой, кусая губы. Переживает.
И когда она хотела что-то сказать, зазвонил ее телефон. И она, не глядя на экран, ответила на звонок.
— Слушаю... Лена, я... — похоже, она не дала ей договорить, — я говорю... Давай позже... Лена! Прости меня, я позвоню тебе позже! — уже громко сказала она и выключила телефон.
Я почувствовал себя виноватым. Подруга не знала ведь ничего.
— Все в порядке?
— Нет, не в порядке! — воскликнула она, — все ужасно! И это ты виноват! Если бы не ты и твое задание, этого бы не случилось!
У нее подростковый период еще не прошел? Или она по жизни так любит истерики и обвинения? Ей бы в прокуратуру.
— Давай поедим, потом разберемся, — предложил я, беря в руки вилку.
— Поесть? Ты серьезно? Как тебе кусок в горло лезет? Я встречусь с Леной.
Забрав сумку, Таня надела куртку и вышла из кафе.
А я, бросив вилку, быстро бросил на стол пятитысячную купюру и побежал за ней. Далеко она не успела уйти. Да и не смогла бы спрятаться. Людей практически не было, Воробьева была очень заметной.
Я побежал за ней, а когда она скрылась за углом, я ускорился и наконец догнал ее. Остановив Таню, я сначала отдышался, потом только начал говорить:
— Может, оставишь это на мне? Сам буду разбираться.
— С Леной? Серьезно?
— И с ней тоже, — я подумал и выдал: — послушай, в чем проблема сказать, что мы встречаемся? Или в чем еще проблема?
Я реально не понимаю. Или из-за того, что знает, как Лена ненавидит меня? Да хрен его знает.
— Ты больной, да? Она в этом случае не только тебя убьет, а меня рядом с тобой закопает!
— Слушай, я реально не понимаю вас. Какая проблема в том, что ты встречаешься с парнем, которого ненавидит твоя подружка?
Она резко замолчала. Ладно, правда, что не так?
— Большая проблема. И не спрашивай больше ничего. Это не вариант спасения. Потому что она меня в любом случае убьет.
— Слушай, мне самому это на хрен не надо. Я хочу тебе помочь. Меня вообще Тим закопать хочет, смекаешь? — поделился я, уверенный в том, что Таня знает, как к ней относится Тимур.
— Так ты заслужил, — непринужденно выдала она и скрестила руки на груди, — я сама разберусь, как себе помочь.
Она собралась уходить, а я еще не закончил разговор. Не собираюсь это так оставлять. И обязан буду ей помочь, отмазать перед подругой.
Схватив Таню за предплечье, я нежно толкнул ее к стене и закрыл проход, чтобы она не убежала. Я собираюсь нормально, по-человечески, поговорить. А она все время убегает!
— Ты что делаешь?! Выпусти, Придурок! — зашипела она, пронзая меня своими яркими, ореховыми глазами.
— Мы вместе, — выдал я и добавил: — я и ты. Либо будем вместе решать твою проблему, либо я тебя снова поцелую. И на этот раз никаких семи минут не будет, — прохрипел я, наклоняясь к ней.