- Вижу тебя второй раз, и второй раз ты пускаешь себе кровь. Лишняя есть?
- Нет лишней, - поспешный ответ и голос похож на мышиный писк.
Оперлась плечом о холодный камень и осталась так стоять. Ноги отказались нести дальше. Это и хорошо, далеко не успели зайти.
Темный остановился напротив. По ощущению. Подземный ход не освещался, ни зги не видно. Хоя лишь слышала еле уловимый запах и чувствовала тепло чужого тела. От темного пышело жаром, как от живого огня. Камень, на который опиралась спиной, наоборот, холодил.
- Итак, после смерти Проклятой Келиды впервые за почти тысячелетие рождается новая ведунья, и светлые посчитали, что эта новость недостойна огласки. Почему тебя прячут?
- Меня прячут? - удивилась Хоя.
Может, конечно, и прячут. Ей не с чем сравнивать, думала, такая жизнь принята, единственно правильная для Видящей.
Киреар придвинулся ближе, вглядываясь в ее лицо. В темноте, в родной стихии, темные видят чуть ли не лучше, чем при свете. И Кир ясно видел - ведунья не врет.
Но все равно, с такими, как она, нужно быть настороже. Всегда. Везде. Даже если кажется, что ведунья сама невинность и искренность. Хорошо известно, на что они на самом деле способны. Доверится им разве что глупец.
- Что ты делала в лесу? - следующий вопрос. Кир видел, все видел, что она там делала, но не спросить не мог. Может, он ошибся? Не увидел тайный смысл и цель в ее ночной пробежке, в уединенном сидении на деревьях и тихих обнимашках с ними же. «Охота» на белку, вернее, бег с ней наперегонки по веткам... Нет, не мог Кир в это так просто поверить.
- А... Это, - промямлила светлая. - Следил за мной?
- Жду ответа.
- Просто иногда... - Хоя замолчала, стыдясь сказать правду и не зная, как соврать. Не сильна Хоя в общении. Вообще не сильна. А это не светская беседа. И с обычными-то альвами не разговаривает днем, в привычной и безопасной обстановке. А в подземелье, с незнакомцем, с темным альвом, который, не стесняясь, пугает и угрожает... Остатки общительности Хои окончательно отказали.
Пауза затягивалась, и напряжение стало физически осязаемым.
- Да? - медленно протянул Кир.
Приблизил лицо так, что нос почти касался ее носа. Дыхание обоих смешалось, а серые глаза ведуньи смотрели в упор, вряд ли что-то видя в темноте. Взгляд же Кира скользнул ниже и замер на подрагивающих губах.
Может, и не соврала про имя. Подходит ей.
Хоя.
Она вдруг резко качнулась вперед. Кир так и не понял, зачем. Ударить его макушкой, или ноги у ведуньи подкосились. Итог, во всяком случае, неожиданный. Ведунья прижалась губами ко рту темного, пару мгновений никто из них не шевелился. Кир смотрел, Хоя глаза зажмурила.
Губы Кира шевельнулись, и он стал целовать. Сначала медленно, следя за реакцией и строго контролируя каждое свое движение. Через пару секунд его веки сами опустились, и поцеловал по-настоящему. Глубоко, жарко, пробуя на вкус и захватывая.
- Бездна! Что за... - резко отдернул светлую от себя. Если бы рукой не придерживал Хою за затылок, с каменной стеной встретилась бы не его кисть, а ее голова.
Хоя ошарашенно вглядывалась в бордовые глаза.
- Уходи. Быстро, - приказал Киреар, убирая руки, полностью отстраняясь.
И та пошла. Послушно сделала два мелких неуверенных шага, пока что-то резко не дернуло назад. Кожу головы обожгло болью.
- Ай! - развернулась, схватившись за основание косы. Слезы непроизвольно брызнули из глаз.
- Ничего страшного, иди. - Кир отцепил ее волосы от вбитого за какой-то надобностью в камень металлического штыря.
- Иди, - повторил.
Хоя побежала что есть мочи. Оставаться там, ощущать взгляд в спину, в темноте, с ним - невыносимо. Она задыхалась. Все, что было внутри: мысли, страхи, ожидания - все абсолютно чувства будто взорвались. Неконтролируемое извержение вулкана. Страшное и не поддающееся ничьей власти. Хоя не понимала. Темный спустил тетиву, и она, стрела, сорвалась в неизвестность.
Добежала до своих комнат, никого не встретив на пути. А и встретила бы - не заметила.
- Никогда. Никогда его больше не видеть. Пожалуйста, - прошептала луне, заглядывающей через окно.
*
Ведунья, поддающаяся внушению. Кир так и стоял в подземном коридоре, пытаясь осознать происходящее.
Он признался себе, что в какой-то момент их разговора пожелал коснуться ее бледных губ. Узнать вкус ее поцелуя. Почему? С чего вдруг? Промокшая, заикающаяся от страха - что в такой привлекательного? Было ли это его желанием? Ведуньи коварны. Его желание могло быть ответом на ее желание, что, в свою очередь, вынудило его ее принудить... Да. Бред! Полночный бред.