– Я забрал заявление.
Мне приходится немного напрячься чтобы понять о чём он.
– Заявление на развод, – поясняет он – наверное на моём лице появился знак вопроса.
– Зачем? – искренне удивляюсь я.
Происходит что-то очень странное.
– Прости.
Он говорит «прости»?! Всё еще страннее чем я предполагала.
– Я ошибся.
Ошибся?
– Тимур, я не понимаю. Я ничего не понимаю.
Он замолкает.
Ненадолго.
– Крис…
– Что Крис? Она беременна? Двойней? Тройней? Ты хочешь чтобы я стала крёстной?
Он кривится:
– У тебя всегда было отличное чувстве юмора.
– Ага. С Крис тебе этого будет не хватать.
– Мне тебя не хватает, Марго.
Меня примораживает к скамейке, на которой мы сейчас сидим.
Это как удар большим деревянным молотком… примерно так.
– Что?!
Макс машет мне рукой – кажется, он видит моё смятение и хочет ободрить. Он не знает что именно я только что услышала. Но на на всякий случай хочет меня ободрить. Спасибо. Это было к месту.
– Я не понимаю ничего.
Я вижу как играют желваки на скулах Тимура… когда-то мне нравилось это волевое лицо.
– Крис – это ошибка. Это была ошибка, – он делает ударение на слове «была».
– Только не говори что она ушла – не поверю.
– Я ушёл.
– Ух ты.
Вот это поворот.
– Она не ты, – говорит он, не выпуская моих глаз из своих.
– Конечно. Было бы странно если бы это было так. У нас даже родители с ней разные.
– Я скучаю.
– По кому?
– По тебе.
Мне снова хочется сказать «ух ты», но я сдерживаюсь.
– Ты меня удивил. Ты понимаешь насколько сильно ты меня сейчас удивил?
– Да, – он наклоняется и срывает василёк.
Почему-то… необъяснимое чувство – мне жалко этот василёк.
– Ты согласна?
– Согласна на что?
– Вернуться.
Так вот что означал его нетерпеливый голос в телефоне, и его желание примчаться на край земли.
– Нет.
– Нет?!
На его лице такое изумление, что мне становится смешно. В его вселенной я должна была броситься ему на шею. Броситься. Радостно рыдать и рассказывать как сильно умирала этот месяц без него?
– Нет, – повторяю я. Тот самый случай когда и добавить нечего.
– Надо уметь прощать.
– Надо, – соглашаюсь я.
Говоришь надо – но сама простить не готова.
Ну блин. Как ему объяснить что дело в другом.
– Я простила, Тимур. Честно. Уже в тот же день когда узнала о твоём предательстве.
– Простила?!
На его лице радость.
– Да.
– Так значит мы снова вместе?
У него такой вид будто всё неожиданно оказалось проще чем он ожидал.
– Нет.
– Нет?!
– Нет, – терпеливо повторяю я.
– Почему?!
– Потому что я не хочу. Не хочу быть с тобой рядом… вернее – не хочу чтобы ты был рядом со мной.
– Это обида. Ты просто обиделась.
Нет. Он не поймёт.
– Уезжай, Тимур.
На его лице целая гамма эмоций. И недоверие – неужели я могла отказаться, и ревность… да, ревность – наверное, к Максу, который ничего не подозревая греется на крыльце. И даже злость. Злость на меня… за то, что я уже не его.
– А как же «Академия»?
А вот так поступать некрасиво.
– Матвей. Мне звонил Матвей. Ты не отвечаешь на звонки. Тебе выслали график траншей и договор, но ты не отвечаешь на звонки.
Точно! Матвей. Того типа в дорогих часах в «Север-инвесте» зовут Матвей.
– У меня трудности, – я чувствую как краснею.
– Трудности? У тебя всегда трудности!
Так. Я не буду с ним ругаться… я просто хочу чтобы он ушёл.
– Прощай, Тимур. Это всё, что я могу тебе сказать. Я не буду желать тебе помириться с Крис… хотя как мне кажется, вы вполне подходите другу, и не будут желать – не мириться. Мне всё равно. Знаю – тебя это удивляет, но мне и правда всё равно.
– Ты не любила меня!
Итак, пошла вторая стадия принятия неизбежного. Вторая из пяти. Сначала неверие, теперь гнев. Следующая какая там по списку?
Морщу лоб пытаясь вспомнить…
Вспомнила!
Торг! Сейчас он будет покупать меня.
– Дети. Ты хотела помочь тем детям. Почему для тебя это всё перестало быть важным?
Я вдруг понимаю – он мне неприятен. И не в измене дело. Измена просто разрешила взглянуть на него другими глазами. Позволила увидеть того, чего не видела целых два года.
– Для меня это по-прежнему важно, – получается тихо, почему-то голос сдал. – Я очень сильно постараюсь сделать этот проект. Но не с тобой.
Он встаёт. Что-то хочет сказать, потом передумывает… потом снова передумывает и всё же говорит:
– Ты никогда не была умной , Марго.
Отрицание, гнев, торг… что там потом?
Четвертая стадия – это депрессия.