А еще отец ругал меня за то, что я уже начал играть в компьютеры: «23-летний парень, а уже как мальчишка какой-то в игрушки играешь!». Я хотел было рассказать ему про Сисадмина, который чуть ли ни с пенсии рубится в Доту и Контр-страйк ночами напролёт, но понял что отца все равно не переубедить и не стал.
Отец меня совсем не понимал, и чаще всего наши разговоры заканчивались одинаково:
– Да, что ты понимаешь в жизни! Ты сначала поживи с моё! – срывался я и громко хлопнув дверью, уходил к друзьям.
Мама всегда защищала меня, из-за этого они с отцом не раз ссорились. И каждый раз, когда отец ругал меня, я вспоминал, как сам точно так же ругал своего сына, когда тот был в моем возрасте. Сейчас я сожалел об этом и признавался себе, что был не прав. Наверняка, моему сыну это было также неприятно, как и мне сейчас. Вот если бы наша жизнь текла наоборот, то вспомнив себя в его возрасте, основываясь так сказать на собственном горьком опыте, я бы не стал ругать его за то, что он долго спит или много играет на компьютере. Да и мой отец наверное вел бы себя сейчас иначе.
А еще, если бы наша жизнь текла наоборот, я бы обязательно прислушивался к советам родителей и следовал бы этим советам, понимая что они подкреплены богатым жизненным опытом. В отличии от нашей жизни, где я не воспринимал всерьез наставления отца, потому что он пока мало что знал о жизни, о молодости, об амбициях и о настоящей любви.
Черт, как же все-таки сложно устроена наша жизнь!
Короче не знаю, как бы там было в обратной жизни, но абсолютно точно уверен, что в 23-летнем возрасте жизнь с родителями это последнее что нужно молодому парню.
Студенчество
Одни говорят, что свобода начинается в 30 лет. Другие, что свобода начинается, когда заканчивается твой брак. Я же считаю, что свобода начинается, когда ты освобождаешься от всех проблем взрослой жизни, когда тебе больше не нужно принимать решения за других, не нужно нести ответственность за жену, за детей, за родителей, ни за кого, кроме самого себя. Вот тогда ты становишься по настоящему свободным.
Для нас наступление настоящей свободы совпало по времени с началом учебы в Камском политехническом институте.
Я отлично помнил ту осень. Все еще не оправившись до конца от расставания с Настей, я опасался, что осенняя хандра привычно загонит меня в глубокую депрессию, но не тут-то было. Начался наш первый учебный год в институте и свойственный всем студентам пофигизм, накрыл меня с головой – я понял, что переживать о прошлом в принципе бессмысленно, а думать о будущем уже бесполезно. Живи здесь и сейчас, таков стал наш девиз. А как известно умение наслаждаться сегодняшним днем – это есть основа человеческого счастья.
«Студенчество – лучшая пора жизни!» такие слова были написаны витиеватым, но красивым шрифтом на дверью нашей комнаты в студенческом общежитии КАМПИ на проспекте Мира, 17 блок Б. Мы все четверо – я, Красавчик, Сисадмин и Добряк заселились в одну комнату. Причем я заселился самым первым. Еще в конце августа, как только разрешили заезд, я собрал вещи и, поставив родителей перед фактом, переехал в общагу. Помню, как затащив свои вещи в комнату и плюхнувшись на жесткую кровать, я впервые увидел эту надпись и испытал небывалое облегчение – все-таки год совместного проживания с родителями это то ещё удовольствие.
Комната была рассчитана на четверых, поэтому никого лишнего с нами не было, только свои. И это было здорово!
На первой же лекции, на которую пришла вся наша группа, я еще раз поразился превратностям судьбы. Мы студенты одной группы почти всю свою жизнь проработавшие по разным профессиям, теперь должны были учиться по одной специальности – «Инженер-автомеханик». Это было сложно объяснить, ведь куда логичнее было бы, если б мы учились на те специальности по которым работали большую часть жизни. Но из всей нашей группы лишь двое по 40 с лишним лет отработали автомеханиками в городском предприятии автодорог и соответственно сейчас учились по своей специальности, а все остальные периодически задавались вопросом «что я блять здесь делаю?».
А еще нас напрягало то, что учиться нам предстояло целых 5 лет и это минимум который нужно было отдать за диплом о высшем образовании. Хотя в мире известны были случаи, когда особо одаренных студентов (обычно из числа бывших миллиардеров), зачисляли сразу на третий или даже второй курс престижного университета. Но мы-то не были бывшими миллиардерами, поэтому как и все начали учебу с пятого курса.
Студенчество – лучшая пора жизни. Мы студенты – люди, уже прожившие большую часть своей жизни – были мудры, умны, опытны, остроумны и могли свободно рассуждать на разные темы – от политики, экономики и экологии до проблем семьи и брака, любви и секса и многого другого. Мы, как нам казалось, были носителями вселенской житейской мудрости, но наши преподаватели в институте никак не хотели это признавать из-за чего мы нередко вступали с ними в принципиальные споры.