– Ты такой умный!
С этим словами она приподнявшись на носочках подтянулась ко мне и нежно и медленно поцеловала меня прямо в губы. Это было так неожиданно, что я замер на месте от удивления. Она смотрела мне прямо в глаза. Я поначалу тоже смотрел ей в глаза, но потом усилием воли скосил глаза вправо, чтобы увидеть как она медленно забирает у меня из рук надкусанное яблоко. Я смотрел на это и ничего не мог с собой поделать – я был парализован ее сладким поцелуем. И бьюсь об заклад она это знала и нагло этим пользовалась. Когда яблоко оказалось у нее в руке, она медленно отстранилась от меня и коварно улыбнувшись, развернулась и ушла с моим яблоком. А я так и остался стоять ошарашенный, все ещё держа на весу правую руку с раскрытой ладонью, но теперь уже без яблока, и смотрел ей вслед.
– Ничего не меняется в этом мире, – произнес я вслух, – почти вся жизнь прошла, а надкусанное яблоко по-прежнему в цене!
Утро следующего дня началось с акта мести. На завтрак нам подали манную кашу, остатки которой я с превеликим удовольствием запульнул в темные густые волосы Машеньки, сидевшей за соседним столиком. Это вызвало вполне ожидаемую реакцию с ее стороны – Машенька начала реветь во всю глотку. Но я и не думал останавливаться, мой гнев за то что вчера она обманом увела у меня наливное яблоко, только продолжал разрастаться.
– Ах, ты маленькое тупое отверстие, обмануть меня вздумала! – шипел я еле слышно. – Я тебе сейчас устрою! – И стал колотить алюминиевой ложкой по ее башке, размазывая манную кашу по лбу и волосам.
Внезапно вид манной каши белого цвета на ее темных волосах всколыхнул в моей памяти волнующие воспоминания – что-то подобное я уже не раз видел в своей жизни – эти белые вязкие сгустки на женских волосах. Я напряг память, пытаясь уловить эти воспоминания, едва просвечивающие сквозь плотную пелену многолетнего забвения. Это было сложно. Память в последнее время все чаще подводила меня – что поделать годы!
Эти белые сгустки молочного цвета на волосах девушки… Она стоит перед мужчиной на коленях… Он что ее унижает? Нет, нет, наоборот у нее счастливое выражение лица, она улыбается, и что-то мне подсказывало, что причина ее счастья крылась именно в этих белых сгустках на ее волосах. «Так почему же эта маленькая бестолочь ревет белугой? Что с ней не так?», – раздумывал я, продолжая колотить алюминиевой ложкой по голове Машеньки.
Я был уже близок к разгадке этой головоломки – почему женщинам нравятся белые сгустки манной каши на волосах, я почти зацепился за проблески своей памяти, как вдруг к нам подбежала взволнованная воспитательница (вот она пресловутая женская солидарность).
– Валентин прекрати немедленно! Что ты делаешь? – она забрала у меня ложку. – Машенька-ангелочек, тебе не больно?
Ага, ангелочек! Знали бы вы, что этот ангелочек вытворяла двадцать лет назад с мужем своей сестры, вы бы не стали называть её ангелом. Я сам конечно не видел, но ее подружки рассказывали это в песочнице, так что highly likely в молодости она была та еще штучка!
Однако воспитательница не стала вникать в экскурсы истории и велела нянечке отсадить меня от всех до конца завтрака, а сама повела Машеньку в туалетную комнату.
«Жизнь дерьмо, но я не сдамся! – думал я сидя за отдельным столиком в дальнем углу зала, словно опальный поэт в ссылке.
В обеденный сон я решил продолжить акцию возмездия. Выждав десять минут, чтобы все дети уснули, я сел на своей кроватке и огляделся вокруг. Вся группа тихо сопела во сне, включая Машеньку, кроватка которой стояла в моем ряду через две от моей. Я еще раз огляделся вокруг, затем взял свою подушку и со всего маху запустил в спящую Машеньку. Увидев, как подушка влетела ей прямо в голову, я быстро лег и накрылся одеялом. Бестолочь же, получив подушкой в лицо, проснулась и опять заревела белугой на всю группу.
«Дура тупая, теперь понятно почему ты всю жизнь была старой девой – потому что никого не устраивала в сексе! Да и как ты могла кого-то устроить, если в постели только и умеешь, что реветь как корова!»
Я лежал на кровати и притворялся спящим, но сквозь приоткрытые веки наблюдал за происходящим. Все дети в группе проснулись, приподнялись с постелей и в недоумении оглядывались вокруг, пытаясь понять что случилось и почему Машенька громко плачет. Через минуту в группу вошла воспитательница и стала успокаивать Машеньку. Потом она подошла к моей кроватке и встала надо мной. Я замер, прилагая неимоверные усилия, чтобы не пошевелить ничем, даже ресницами.