В итоге, я оказался меж двух огней – с одной стороны отец-пенсионер, который не упускал возможности покритиковать или поучить меня чему-либо, с другой сын подросток переходного возраста, отчаянно сопротивлявшийся установлению над ним родительского контроля.
Как не крути, а поколение сорокалетних является связующим звеном между стариками-родителями и молодыми детьми. И это поколение больше других подвержено стрессам и перегрузкам из-за неуёмного стремления совершить что-нибудь выдающееся или добиться чего-нибудь значащего, чтобы стать авторитетом для сына и гордостью для отца, в надежде, что после этого сын начнет слушаться и уважать, а отец перестанет критиковать и поучать. Легко сказать, но трудно сделать – трудно стать гордостью и авторитетом, если тебе уготована судьба простого инженера, не хватающего звезд с неба.
При таком раскладе совсем не удивительно, что вскоре я остро ощутил вхождение в кризис среднего возраста – период между 40 и 30 годами, который психологи почему-то упрямо называли «золотым десятилетием» жизни!
В августе того года мы съездили в отпуск в Турцию по путевке «все включено». Жена уверяла, что поездка на море необходима сыну, чтобы расслабиться перед началом учебного года (а то можно подумать он сильно напрягался на летних каникулах), да и нам не мешало бы сменить обстановку. Как бы то ни было я был только «за», в мире вообще наверное найдется немного людей, которые могут отказаться от поездки на теплое море в разгар сезона.
Десять дней «ничего не деланья» в отеле на морском берегу пролетели очень быстро. Жена с сыном облюбовали большой бассейн, где было меньше постояльцев с маленькими детьми, я же предпочитал пляж у моря. Вот еще один повод пожаловаться на судьбу-злодейку. В обратной жизни я бы обязательно нашел себе жену, любящую море больше бассейна и наслаждался бы с ней совместными романтичными купаниями. А в нашей жизни я брал себе пиво, чипсы, пляжное полотенце, отправлялся на пляж и в одиночку устраивался с книгой на шезлонге под зонтиком. Каждый час я вставал и шел купаться в море. Вдоволь накупавшись в теплой чистой соленой воде, я возвращался к шезлонгу и добросовестно восстанавливал слой солнцезащитного лосьона, как того требовала инструкция по применению. В итоге соленый привкус моря, смешанный с запахом пота и солнцезащитного лосьона, навсегда отпечатался в моей памяти, как аромат беззаботного солнечного отпуска.
И там на морском берегу, когда я выспавшийся, сытый и абсолютно расслабленный лежал под солнцем, в моем сознании сформировалось четкое визуальное отражение моих мечтаний. То моё ежегодное абстрактное воззвание к новогодней вселенной «Хочу чтобы моя жизнь изменилась к лучшему», теперь трансформировалось в отчетливое желание «Хочу дом на берегу моря и стабильный источник дохода, чтобы никогда больше не работать, а лишь неторопливо наслаждаться жизнью под ярким солнцем».
40.
В сорок лет ты становишься должен всем: жене, детям, родителям, родителям жены, своему начальнику, банку, другому банку, еще одному банку, страховой компании, некоторые должны еще своей любовнице, а особо отчаянные еще и своей собаке – должны выгуливать ее в 7 утра перед работой и в 7 вечера после работы. Собаки у меня к счастью не было, любовницы к несчастью тоже, зато весь остальной список «тех, кому я должен» был в наличии.
Каждый будний день я вставал в 6:20, точнее будильник звенел в 6:20, я нажимал кнопку «отложить» и получал еще пять, а если повторял, то и десять минут сна. Потом все-таки вставал, ставил чайник и шел умываться. Я не помню на какой год – второй, четвертый, пятый или десятый, я наловчился умываться за то время пока чайник закипал. Когда я заканчивал вытирать лицо полотенцем, он как раз начинал свистеть. И так он свистел в одно и то же время, пять дней в неделю, одиннадцать месяцев в году.
Костюм, рубашка, галстук. Электронный пропуск в правом кармане брюк, там же ключ от рабочего кабинета. В левом кармане носовой платок и смартфон. Все привычно и упорядочено до тошноты. Дорога на работу и обратно по знакомому маршруту. Серые унылые рабочие дни, походившие один на другой, как братья близнецы, когда каждый следующий день ничем не отличался от предыдущего. Рутинность, обреченность, безысходность и беспрестанно копившаяся усталость составляли серую унылую действительность моей жизни.
Мое новогоднее желание «чтобы моя жизнь изменилась к лучшему!» так и не сбылось, да и домик у моря тоже не появился. Зато следующим летом мать с отцом купили дачу, которую нужно было приводить в порядок. Я взял двухнедельный отпуск и мы с сыном под чутким руководством отца сделали косметический ремонт домика: снаружи обшили ПВХ-сайдингом, а изнутри переклеили обои поверх неплохо сохранившегося крагиса. За эти две недели у нас не раз возникали конфликты с сыном: он отказывался рано вставать и ехать на дачу каждый день, и мне приходилось в приказном порядке заставлять его. Жена в этой ситуации была полностью на моей стороне.