Я была молчаливым слушателем. Почти всё время. Но однажды не выдержала.
— Я чувствую себя подстилкой... — проговорила Дженна, уже немного пьяная. Я приехала к ней, и, когда бутылка вина была допита, её голова лежала у меня на коленях, а я расчёсывала её длинные тёмные волосы.
Но как только я услышала это, моя рука остановилась.
— Повтори. А то я тебя плохо расслышала, — сказала я зло.
— Он спал с ними, а потом приходил ко мне. Я целовала его губы, которые ещё пару часов назад были с другой. Я чувствую себя использованной...
— Прекрати, — сказала я резко. — Я не хочу этого слышать. Ты не подстилка. Шлюхой в вашей семье был Кевин. Ты его любила, Дженна, и ты не знала. Посмотри на меня, — я наклонилась, и Дженна повернула голову. Её глаза были опухшими, всё лицо покрыто красными пятнами. — Дженна, ты прекрасна, — сказала я, и в её глазах снова появились слёзы. — Прекрасна не только телом, хотя ты ещё тот ходячий секс, но и как человек — ты отличная. Кевин просто оказался не тем. И я понимаю, как больно это слышать...
Она закрыла глаза и закивала. Слёзы не прекращались.
— Но я уверена, что где-то ходит твой человек. И то, что с тобой произошло — это лишь способ показать тебе путь к нему.
— Надеюсь, он где-то в Бостоне. — пробормотала она. — А не на Камчатке. — Приоткрыв глаза, добавила: — Представляешь меня на Камчатке?
Я покачала головой, закусила губу, чтобы не рассмеяться, но через мгновение, в комнате, где ещё минуту назад были только слёзы, раздался наш тихий смех.
Глава 5. Ники
Вечер складывался прекрасно. Мы с Дженной старались видеться чаще — особенно после недавних событий — и, как всегда, не имело значения, прошла неделя с последней встречи или всего несколько дней: нам всегда было о чём поговорить.
После первого бокала вина, довольные и слегка захмелевшие, мы заказали себе ещё по бокалу.
— Обожаю устрицы, — проговорила я, когда официант поставил передо мной тарелку с моим любимым лакомством.
— Не понимаю, как это вообще можно есть, — скривившись, ответила Дженна. — От одного вида меня выворачивает.
Я пожала плечами, посмотрела на её тарелку и сказала:
— Удивлена, что ты вообще смогла съесть салат с таким количеством морепродуктов.
— Вкусы меняются, — отозвалась она. — С листьями салата и этой заправкой всё оказалось вполне съедобным.
— Я рада, что тебе не пришлось страдать, — ответила я и, взяв устрицу, не удержалась от смеха, увидев, как Дженна на меня смотрит.
— Мне кажется, когда ты описываешь тяжёлое преступление, у тебя выражение лица куда спокойнее, чем сейчас — при виде устрицы.
Дженна усмехнулась:
— Мне срочно нужно это запить, — сказала она, поднося бокал ко рту и делая щедрый глоток.
— Знаешь, — начала я, расправившись с устрицей, — я думала о том, что всё что случилось, действительно к лучшему.
— Ты про то, что измены Кевина помогли мне?
Я кивнула, сделала глоток и продолжила:
— Он дал тебе бесплатную рекламу для твоей книги. Твои книги отличные, — сказала я. — Но согласись, не хватало немного медийности. Я уверена, что через какое-то время ты всё равно покорила бы этот мир, но… — я подняла палец, — Кевин просто ускорил процесс.
— Спорить с этим не стану, — отозвалась Дженна, поставив локти на стол и уронив голову на скрещённые руки. — Я попала в топ-10 по версии New York Times и получила награду Best Thriller of the Year по версии CrimeInk Awards.
— Вот-вот, — подтвердила я, уже немного навеселе. Взяв бокал, я подняла его и произнесла: — Так выпьем же за это?
— Мы сегодня пьём за тебя, дурочка, — со смехом ответила Дженна. Мы чокнулись, сделали по глотку и, посмотрев друг на друга, усмехнулись.
— Как продвигается осада твоих родителей? — спросила она, а затем добавила: — Ты ведь передаёшь им от меня привет?
— Конечно, — кивнула я. — Мама уже почти готова, папу ещё надо дожать. Но скажу тебе так: если мама согласится, у папы не будет выбора.
После смерти дедушки я остро почувствовала нехватку родных. Я боялась, что ситуация повторится, и решила тогда, что нужно как можно быстрее закрепиться в Америке и начать процесс по воссоединению семьи. Процедура долгая и изнурительная — занимает больше пяти лет. Поэтому я пошла ва-банк: втайне от родителей подала документы, а параллельно уговаривала их на переезд. Я понимала, насколько сложно людям, которые почти не выезжали за пределы своего города, думать о переезде. Но ведь можно начать с малого? Хотя бы создать возможность приезжать ко мне, а там — как пойдёт. К тому же Зак был абсолютно не против, если мои родители поселятся неподалёку от нас.