Я потянулась за телефоном, опасаясь увидеть сообщение от Зака. Сердце сжалось, но, взглянув на экран, я выдохнула — он всё ещё спал.
Я так хотела услышать его голос. Услышать, как он говорит, что любит меня. Что ждёт. Хотела вернуться туда, где чувствовала себя целой. Где ещё не была такой опустошённой.
Такой потерянной.
Попыталась взять себя в руки, подумать о чем нибудь другом. Как добралась до дома Дженна? На вечеринке мы попрощались как-то скомкано. Я соврала ей, сказав, что почувствовала себя плохо из-за алкоголя.
Она хотела поехать со мной, но Хантер остановил её. Сказал, что сейчас начнётся какое-то невероятное шоу, а потом, посмотрев на меня, добавил, что позаботится о ней.
Тогда я даже почувствовала облегчение. Я была уверена: как бы ни складывались их отношения — а по сути, их просто не было — они не сходились во мнениях и могли спорить по пустякам. Но я знала, на Хантера можно положиться.
Я открыла мессенджер. Дженна была онлайн три часа назад. Я набрала ей:
Ники: «У тебя всё хорошо?»
И почти сразу написала то же самое Хантеру. Он тоже был в сети три часа назад.
Я опустилась на кровать, чувствуя, как боль в висках нарастает. Лицо горело. И, самое страшное, внутри — эта нестерпимая, глухая ненависть к самой себе.
Я закрыла глаза, надеясь хоть немного отключиться. Убежать, хотя бы на час.
Но сон не пришёл.
Я, как самая настоящая мазохистка, начала листать фотографии с Заком. Мы — на отдыхе. Мы — дома. Мы — просто вместе. Я смотрела на них и понимала: я хочу назад. Домой. К нему.
Но мысли не давали покоя. Они были как комары — назойливые, жужжащие, неотвязные.
Джейкоб. Наш секс. Это было...
Я зажмурилась.
Нет. Нет. Нет.
Я не должна об этом думать. Не имею права.
Но каждый раз, когда закрывала глаза, передо мной вставал он.
Паркер.
Красивый. Сильный. Такой... родной.
Его глаза. Его руки. Его губы.
И даже сейчас, вспоминая, я почувствовала, как внутри поднимается волна постыдного желания.
Я лежала на кровати, уставившись в потолок. Мысли клубились, не давая выдохнуть.
Когда часы перевалили за десять утра, зазвонил телефон.
На экране — фото Зака.
Рука дрогнула и я нажала «ответить».
Глава 20. Ники
— Доброе утро, соня. Или ты еще не проснулась? — услышала я такой родной и в то же время такой далёкий голос.
Я попыталась прочистить горло и хрипло ответила:
— Нет, я проснулась. Хотя желание остаться в кровати всё ещё сильное.
— Как вчера отдохнула? — спросил Зак.
А у меня перед глазами промелькнули кадры вчерашнего безумия: глаза Джейкоба, выпивка, его сообщение... и наш секс.
— Неплохо, — произнесла я, стараясь не расплакаться. Понимая, что Зак всегда чётко улавливает моё настроение, я попыталась перевести всё в шутку:
— Но с алкоголем я решила завязать. На несколько месяцев, как минимум.
— Так много выпили? У тебя голос будто простуженный, — сказал Зак с ноткой сомнения.
А я подумала, что мой голос — не простуженный. Он просто наполнен виной. Сожалением и позором.
— Хантер постарался нас всех напоить, — ответила я. — Мы вчера были в трёх местах, и, знаешь, я поняла — я уже старовата для такого.
В ответ я услышала в телефоне его тихий смех.
— Не говори ерунды. — Он сделал паузу. — Могу с уверенностью сказать, что ты всё ещё в строю. И я…
Он замолчал на секунду, а затем, слегка охрипшим голосом, добавил:
— ...скучаю по тебе.
Я зажмурила глаза. Господи, как я могла позволить этому случиться? Как могла разрушить наши отношения?
Зак любит меня. А я его предала. Сейчас я хотела только одного — упасть на колени и признаться во всём. Снять с себя этот проклятый груз вины. Но вместо этого я лишь сказала:
— Я тоже по тебе скучаю.
И тут же почувствовала, как глаза снова наполняются слезами.
— Ники, с тобой всё хорошо? — спросил Зак уже серьёзнее.
Я постаралась скрыть всё за очередной ложью:
— Да. Просто думаю с ужасом о сегодняшней встрече в полиции. Я уже выпила пару таблеток от головной боли — и не помогает. Может, доктор что-то посоветует?
Зак, приняв моё объяснение, начал рассказывать, какие препараты лучше всего помогают после перебора с алкоголем. Я делала вид, что записываю, понимая, что уже по уши утонула в этой лжи.
— День вылета без изменений? — спросил меня Зак в конце разговора, спустя полчаса.
— Да, — ответила я. — Бреду я уже сбросила первые наброски материала, и он согласился, что этого вполне достаточно. Поэтому через четыре дня я лечу в Бостон.
— Отлично. Я должен идти, — вздохнул Зак, а затем добавил: — Я люблю тебя, Ники. И смотри, аккуратнее с алкоголем.