Итан: “Мы блять в шоке, Паркер. Скажи, что у тебя есть план. Потому что пока это всё выглядит так, будто ты наставлял рога всем подряд. Лилиан винит себя. Она считает, что это она подтолкнула вас к встрече. А ты же знаешь, она хорошо общается с Николь.”
Спустя несколько секунд пришло ещё одно сообщение:
Итан: “Николь уже написала ей. Обвиняет нас в том, что мы всё знали и покрывали тебя.”
Я уставился в экран. Написал без лишних слов:
Джейкоб: “Я уже поговорил с Николь. Мы расстались.”
Ответ прилетел почти сразу:
Итан: “Что у вас с Ники?”
Джейкоб: “Мы вместе.”
Ответ Итана был эмоциональным. Он старался держаться в рамках, но это не спасало — ни он, ни Лилиан не понимали нас с Ники. Где-то между строк чувствовалось осуждение. Они вместе с детства, и как бы Итан ни зависал с нами в молодости — перед его глазами всегда была только одна девушка. Он не изменил ей ни разу. И теперь, как бы они ни пытались сохранять нейтралитет, было очевидно: они не понимают, что у нас произошло и почему.
Я выдохнул, но ненадолго. Через десять минут позвонил Мэтью с заявлением, что у него есть новость, которая “спасёт эту блядскую ситуацию”.
Он связался с пиар-командой, которая специализируется на антикризисных ситуациях. На их счету уже были громкие кейсы — от разводов сестёр Кардашьян до всей этой истории с Деппом и Хёрд. В общем, по словам Метью, если кто и способен вытянуть нас из этого дерьма — так только они. Правда, стоить это будет прилично.
Я не думал о деньгах. Сейчас главное — вытащить Ники. Мы договорились о встрече на завтра. Они обещали подготовить план действий.
После этого я наконец-то смог выдохнуть. Но, как оказалось, ненадолго.
Сначала позвонила Одриан — визг, крики, обвинения: что я натворил. Потом — Мэри, пообещавшая подвесить мои яйца, раз я ещё не нагулялся. А следом — Рейчел. Единственная, кто не перешёл на крик и истерику. Просто спросила: мы с Ники вместе? Или это была интрижка?
Ну а потом были родители. До них, как и ожидалось, тоже всё дошло.
— Боже, Джейкоб... — мама смотрела в глаза, не моргая. — Ты уверен? Вы ведь уже назначали дату свадьбы.
Отец сидел рядом и молча слушал наш разговор.
— Уверен, — ответил я спокойно. — Мы с Николь расстались. И, честно говоря, если оглянуться назад — всё это с самого начала было ошибкой.
— Но ты ведь её любил! — проговорила мама. — Не забывай, сколько она для тебя сделала.
Я заметил, как отец еле заметно поморщился. Захотелось сделать то же самое.
— Я благодарен ей, — сказал я. — Но жить с человеком только потому, что он тебе помог — не обязан. Она делала это по своей воле. — Я посмотрел в глаза матери, голос стал жёстче. — И я бы не винил её, если бы она ушла тогда.
Мама поняла, что ступила на тонкую грань. Но проблема была в том, что моя горячая кровь — её заслуга. Поэтому она не остановилась.
— Я помню Ники. И была рада, когда у тебя появилась девушка. Да и что уж скрывать, — она повернулась к отцу, будто ища подтверждения, — мы с отцом впервые ощутили, как это — знакомиться с девушкой своего сына. Но она тогда ушла. Просто. Вы разошлись. А теперь вы снова встретились, она увидела, что у тебя всё отлично — и что? Если бы у неё были чувства, то она бы не отпустила тебя.
— Мама, — спокойно произнёс я, — давай лучше поговорим о том, какой трус и эгоист у тебя сын.
— Джейкоб! — воскликнула она.
Но я уже продолжал:
— Ники прекрасно знала, во что я вляпался. Клуб, где команда меня подставляла. Операция отца. Неустойка, потому что я досрочно порвал контракт. Она смотрела не на себя, а на меня. На мою игру. — Я провёл рукой по лицу, выдохнул и продолжил: — Она видела, как я проседаю. Как падают очки. И просто дала мне возможность сосредоточиться на том, ради чего я тогда вообще жил. Это она настояла на переходе в другой клуб. А чтобы не быть помехой — просто отошла в сторону.
Я посмотрел на отца.
— Вы оба знаете, как мне тогда было тяжело держать себя в руках. Это сказывалось и на игре. И кто знает, может, если бы не она — я бы не добрался до того, что имею сейчас.
Мама по-прежнему смотрела на меня с недоверием. Я её понимал. Она успела полюбить Николь, наверняка уже нарисовала в голове картинки с внуками. Ей нужно было время.
А вот отец удивил. В самом конце, когда мы уже прощались, он вдруг произнёс:
— Мне нравилась эта русская. С огоньком девчонка.
Мама сразу же бросила на него укоризненный взгляд, но он не отступил:
— У вас появился ещё один шанс. Используй его, сын.
Я усмехнулся и кивнул.
Когда разговор закончился, на часах было начало одиннадцатого ночи.