Затем я заглянула на новостные порталы. Появилось несколько новых статей, но теперь они звучали иначе. Акцент делался на Николь и на том, как она будет переживать предательство.
Многие звёзды выразили поддержку. В Twitter уже появлялись их посты с рассуждениями о том, что мужчины не ценят преданность, а женская солидарность — иллюзия.
Меня продолжали линчевать. Писали, что привлекло меня не чувство, а статус звезды и его внушительный банковский счёт.
Читать всё это было тяжело. Потому что каждое слово — ложь. Оценки, выводы, взгляды на меня — поверхностные и ошибочные. Но я всё же постаралась сдержаться и, вспомнив совет Бреда, решила отложить чтение на потом.
Я не собираюсь прятать голову в песок. Буду следить за тем, что обо мне пишут дальше. Но делать это дозировано, без самоуничтожения. Маленькими порциями.
Тем более, уже сегодня после обеда мы выпустим сразу несколько материалов, которые немного расфокусируют внимание. Возможно, всего на один процент. Но если повезёт — и этого будет достаточно, чтобы хейта в мою сторону стало хоть немного меньше.
К десяти утра я уже была в редакции.
— Привет, Томас, — поздоровалась я, когда мы встретились у лифта. — Как поживает твоя миссис Найт?
— Отлично, — беспечно отозвался Томас. — Что может статься с этой старушкой? Хотя, надо признать, она периодически напоминает о себе гневными сообщениями.
— Может, за этим кроется нечто большее, чем просто претензии? — улыбнулась я.
— Пф, намекаешь, что она на меня запала? — усмехнулся Томас. — Всё может быть. Я вообще-то умею очаровывать дам за шестьдесят.
Я не смогла не улыбнуться. Когда мы поднялись на наш этаж и я уже направилась к своему кабинету, Томас вдруг окликнул меня:
— Ники, хотел сказать… — он замялся на секунду. — Ты держишься молодцом. Правда.
— Спасибо, — ответила я с улыбкой.
После всего случившегося я цеплялась за любую поддержку, словно за нечто драгоценное. Процент тех, кто заочно ненавидел меня, рос в геометрической прогрессии. А вот тех, кто продолжал смотреть на меня без искажённой призмы последних событий, становилось всё меньше.
Оставив сумку в кабинете, я направилась на кухню. Я понимала: прятаться и избегать людей нельзя. Я заместитель главного редактора. Если сейчас покажу, что ситуация выбила меня из колеи, это немедленно скажется на том, как ко мне будут относиться.
И к моей работе.
Бред был прав. Эта история — это шанс.
Шанс проявить себя.
Войдя на кухню, я поздоровалась со всеми, кто уже был там. Полчаса пролетели быстро — за разговорами, обсуждениями, общими темами. Конечно, главной темой была я. Я слышала в свой адрес шутки и подколы. Но это было нормально. Над некоторыми даже смогла искренне посмеяться.
А потом начался рабочий день.
Я занялась тем, что пересматривала свои старые статьи. Сейчас, когда к моей персоне приковано внимание, это был отличный повод дать второй шанс тем материалам, которые раньше не получили охвата.
К своему новому расследованию, подготовленному в Лос-Анджелесе, я добавила ранее написанную статью о женщинах, ушедших с рабочих мест после пандемии. Она называлась “Поколение тишины”. На мой и на Бреда взгляд, это была сильная и важная работа. Сейчас, перечитывая её, я вносила правки и усиливала отдельные моменты.
Так я и работала — пока не наступил обед.
В дверь постучали. Я подняла глаза — на пороге стояла Кетрин.
— Не хочешь пообедать? — спросила она, заходя ко мне.
— Если чуть позже, — ответила я. — Сейчас у меня звонок с родителями, а потом я собиралась что-нибудь перекусить.
Кетрин внимательно посмотрела на меня, потом тихо вздохнула.
— Ты как, Ники?
Это был такой простой, но важный вопрос, что в горле сразу встал ком. Я постаралась улыбнуться.
— Держусь. Хотя и сложно.
Кетрин кивнула.
— Тогда напиши, как будешь готова пойти. Я составлю тебе компанию. И ещё… — она уже почти вышла, но обернулась и добавила: — Все наши за тебя. Особенно после того, как ты смеялась с подколок Била по поводу своей же ситуации.
— Спасибо за эти слова, Кетрин.
Она кивнула и закрыла за собой дверь.
Я улыбнулась.
Было тяжело.
Было больно.
Но я чувствовала — я на верном пути.
Глава 34. Ники
— Мам, пап, — обратилась я к родителям. Они, как обычно, сидели на кухне, глядя прямо в экран ноутбука. — Есть новость, которую я обязана вам рассказать.
— Ты беременна? — спросила мама, заправляя за ухо прядь волос.