Через пару секунд я почувствовала его язык. Запрокинув голову, я отдалась ощущениям — и да, он не соврал. Это действительно был фейерверк.
Глава 40. Ники
Наши дни пролетали так стремительно, что, оглядываясь назад, я не понимала, как всё это произошло. Но при этом каждый из них был насыщен событиями.
После того как в медиапространстве мы получили поддержку от близких, о нас не забыли — наоборот, интерес к нашим личностям вырос вдвое.
Мы шли по плану, который разработала Моника и её команда. В сеть "случайно" попали наши старые фотографии, сделанные ещё во времена учёбы. Не прошло и суток, как их подхватили почти все новостные порталы.
Негатив в мой адрес немного стих. Хотя планка всё ещё оставалась высокой — фанаты Николь по-прежнему не могли простить меня. Но теперь моё имя начало звучать уже в других контекстах.
Во-первых, статьи, опубликованные в моей газете, сместили фокус. Бред оказался прав — популярность моей колонки выросла в пять раз. Люди читали, комментировали, делились.
А во-вторых, я начала привлекать внимание не только как "та самая женщина, которая разрушила семью спортсмена", но и как журналист. Мои тексты обсуждали даже коллеги. И здесь Бред тоже оказался прав — это стало тем самым толчком, которого многие ждут всю жизнь.
А вот комментарии — это была отдельная тема. Больше всего меня ранило то, что половина моей аудитории отвернулась от меня.
На следующий день, после разговора с Дженной, я сидела за столом и никак не могла решиться — войти как администратор в свой аккаунт и посмотреть, как отреагировали читатели на публикации.
— Можешь посмотреть позже, — сказал Джейкоб, сидя рядом. — Не обязательно читать сегодня.
— Бессмысленно оттягивать неизбежное, — вздохнула я и, будто собираясь прыгнуть в воду, глубоко вдохнула и нажала на тачпад.
Мы читали комментарии молча. Точнее, я чувствовала, как постепенно меняется реакция Джейкоба. И знала, почему. На один добрый комментарий или сообщение поддержки приходилось пять, а то и шесть, где женщины писали, что разочарованы во мне — как в авторе, как в журналисте.
— Я думала, будет хуже, — с попыткой улыбки пошутила я.
Он посмотрел на меня и просто взял за руку.
Даже ощущая его поддержку, мне всё равно было больно. Больно осознавать, что одна ошибка может перечеркнуть всё хорошее, что ты делала раньше. Всё, во что вкладывала себя по-настоящему.
Но я старалась не падать духом. Всё-таки находились люди, которые писали, что моя личная жизнь никак не касается моей профессиональной деятельности. Такие комментарии были как бальзам на душу.
— Но есть и плюсы, — сказала я, пролистывая бесконечные сообщения под своими статьями.
— То, что мы вместе? — спросил Джейкоб.
Я не смогла сдержать улыбку, повернулась к нему и чмокнула в щёку.
— Это даже не плюс, — ответила я. — Это наш выигрыш.
Он тоже улыбнулся, потом спросил:
— Тогда что ты имела в виду?
— Запись на следующую онлайн-встречу переполнена, — вздохнула я. — Никогда ещё не было столько желающих обсудить насущные проблемы города.
Джейкоб удивлённо посмотрел на меня. Я перехватила его взгляд и пояснила:
— Моя колонка всегда отличалась тем, что самые интересные и провокационные темы мы обсуждали с читателями онлайн. Правда, недавно с Бредом мы думали перевести всё в формат личных встреч, — я снова посмотрела на экран ноутбука и усмехнулась. — Кажется, это было так давно. А теперь об офлайн-встречах можно забыть.
Я криво улыбнулась и с сарказмом добавила:
— Есть вероятность, что на такой встрече меня просто сожгут как ведьму.
На следующий день, после работы — да, я не могла позволить себе отдых, пока вся истерия вокруг нас не утихла — меня уже ждал Джейкоб. Было странное, почти нереальное чувство: он здесь, в Бостоне, и просто стоит у машины, дожидаясь меня.
Я быстро села в салон. Прежде чем поцеловать его, машинально огляделась по сторонам, проверяя, не нацелена ли на нас какая-нибудь скрытая камера.
— Вроде чисто, — сказал Джейкоб, обхватив меня за шею и притянул к себе. — Проверил, пока ждал.
И поцеловал.
Я не могла надышаться им. Как бы ни старалась сдерживаться, всё равно запустила руку в его волосы и притянула ближе. Наши языки встретились — как всегда, это была настоящая битва.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, я спросила:
— Как прошёл день? Чем занимался?
— Кроме того, что ждал тебя? — усмехнулся он, тронулся с места и выехал с парковки. — Читал твой “Внутренний взгляд”.
— И как? — я повернулась к нему, не скрывая интереса.
Мне было важно знать, как он воспринял мои тексты — понравилось ли, что я пишу, и как я это делаю.