Его слова подожгли фитиль. Я чувствовала, как внутри меня снова закипает, нарастает новая волна. Он, кажется, почувствовал это по тому, как сжалось моё тело.
— Со мной… — приказал он. — Кончи со мной.
Его рука скользнула между наших тел, большой палец нашел мой клитор, и этого последнего штриха было достаточно. Второй оргазм прокатился по мне, более долгий и пронизывающий. С его именем на губах я погрузилась в пучину, и в тот же миг он с рычанием отпустил контроль. Его тело напряглось, я почувствовала, как он пульсирует внутри меня, и его низкий, хриплый стон стал для меня самой сладкой музыкой.
Мы рухнули вместе, он большей частью своего веса на мне, но я не хотела, чтобы он двигался. Так было идеально. Наши сердца бились в унисон, потные тела сливались в одно. Он повернул голову и поймал мои губы в усталом, благодарном поцелуе.
— Вот черт, — выдохнул он, отваливаясь набок, но не выпуская меня из объятий. — Это… это было…
— Неплохо для терапевтического сеанса? — закончила я за него, прижимаясь щекой к его груди.
Он рассмеялся, и смех сотрясал его грудную клетку.
— Лучшая физиотерапия в моей жизни.
Мы лежали, постепенно отдышавшись, в сладкой, липкой, совершенной тишине. Его пальцы чертили круги на моей спине. Страхи и давление остались где-то за дверью. Здесь и сейчас было только это тепло, эта близость.
— Знаешь, — сказал он, уже почти засыпая, его губы касались моего виска, — Джефф был не прав.
— В чём?
— Личная жизнь… она не должна выходить на лёд. Но она должна быть. Чтобы было ради чего возвращаться. Чтобы было, за что держаться. Ты — моё «ради чего».
Он уснул на этих словах. А я лежала, слушала его дыхание и думала, что, возможно, мы оба сегодня совершили маленькое, но важное открытие. Можно быть капитаном с мигренью от ответственности. И можно быть девушкой, которая боится будущего. Но в самые трудные дни можно просто купить стейк, надеть его футболку и напомнить друг другу, что помимо льда, контрактов и страха, есть ещё и это. Простое, тёплое, смешное «мы».
И этого, кажется, было достаточно, чтобы завтра снова надеть доспехи и выйти в бой.
Глава 14: Шёпот за спиной
АМЕЛИЯ
Утро после нашего «терапевтического сеанса» было солнечным и обманчиво спокойным. Я проснулась от того, что он целовал мое плечо, и мы почти опоздали на утреннюю планёрку, потому что «почти» превратилось в «ещё раз» под тёплым душем. На лице у меня цвела дурацкая, непроходящая улыбка, которую я безуспешно пыталась спрятать.
Первые звоночки прозвенели уже за завтраком в общей столовой отеля в Сент-Луисе. Я разносила новые расписания, когда поймала на себе взгляд Сьюзи из PR-отдела. Не обычный коллегиальный взгляд, а оценивающий, чуть прищуренный. Она быстро отвела глаза, что-то шепнув своей напарнице. По моей спине пробежали мурашки. Параноик, — сказала я себе. Просто параноик.
Но паранойя, как выяснилось, иногда бывает здоровым инстинктом выживания.
Позже, когда я проверяла загрузку багажа в автобус, ко мне подошёл молодой игрок из фарм-команды, Итан. Парень лет двадцати, с ещё юношеским восторгом ко всему, что связано с основным составом.
— Мисс Чейз, извините за беспокойство, — начал он, переминаясь с ноги на ногу.
— Всё в порядке, Итан. Что случилось?
— Да так… — он понизил голос. — Вы не слышали, ребята в раздевалке болтают… Ну, про вас и капитана.
Лёд пробежал у меня по жилам, но лицо я сохранила каменным.
— И что же именно «болтают», Итан?
— Да ерунду всякую, — он заерзал. — Что капитан не так давно за вами на выездах смотрит. Что вы вместе из спортзала позавчера вышли… Я просто подумал, вам, может, знать. Если это… ну, если это неправда, может, стоит как-то…
Он не договорил. Его намерения были благими — предупредить. Но его слова были гвоздями в крышку моего спокойствия.
— Спасибо, что сказал, Итан, — мой голос звучал ровно, будто мы обсуждали погоду. — В раздевалке всегда много болтовни. Капитану нужна координация команды, я её обеспечиваю. Иногда это требует личных разговоров. Всё остальное — домыслы. И они вредят команде. Понятно?
Он кивнул, явно смущённый, и ретировался. Я осталась стоять у автобуса, сжимая планшет так, что пальцы побелели. «Вредят команде». Именно это и было самым страшным. Наша тайна перестала быть просто нашим риском. Она начала просачиваться, отравляя атмосферу. Итан предупредил меня, а не его. Потому что в иерархии клуба я была более слабым звеном, более вероятной «охотницей за славой».
Весь день я провела на иголках. На тренировке я ловила на себе уже не один, а несколько быстрых, любопытных взглядов. Особенно от старшего тренера по физподготовке, Майка, старого друга Джеффа. Его взгляд был не любопытным, а холодно-аналитическим. Он что-то высчитывал.