— Почему вы сразу не сказали? — спросил он. — К чему весь этот фарс?
— Мне нужно было знать, убедил ли вас Гектор.
— С какой целью?
— Джастин, — Председатель разлил янтарную жидкость в два бокала, — скоро вы все узнаете.
— С какой целью? — строже повторил Джастин.
Председатель поднял бокал и выпил до дна.
— Уважьте старика! Уверяю, не пожалеете!
Джастин еще несколько секунд пристально смотрел на Председателя.
— Продолжайте!
Председатель кивнул в знак благодарности.
— Если позволите, немного расскажу о себе — в официальных биографиях есть не все. Правда, начинается все вполне достоверно. Я действительно родился на Марсе, и моя мать была убита. Я ее толком и не знал. Смутно помню доброе лицо и голос, который пел мне колыбельные перед сном. После того как она исчезла, я спрашивал о ней — и почему она умерла. Мои первые сознательные воспоминания связаны не с матерью, а с расспросами о ней. По словам отца, мама не хотела жить на Марсе. Но она не владела своим контрольным пакетом, а работа была высокооплачиваемой, поэтому она согласилась. Отец и до сих пор утверждает: будь у нее контрольный пакет, она бы ни за что не согласилась на опасную работу, которая ее убила.
— Вы ему верите?
— Мистер Корд, тогда я совершенно не сомневался в том, что отец говорит правду.
Джастин кивнул, жестом показывая, чтобы Председатель продолжал.
— Возможно, вы будете поражены, но именно из-за матери я рано возненавидел инкорпорацию. С возрастом я начал понимать, что отец, возможно, просто горюет по ней. Ведь там в самом деле очень хорошо платили, и мама не отказалась бы от работы, даже если бы владела контрольным пакетом.
— И вы по-прежнему ненавидите инкорпорацию?
— Мистер Корд, ненависть к инкорпорации — мое самое раннее и самое стойкое чувство. С тех самых пор и по сей день оно не изменилось.
— Позвольте заметить, что ваша ненависть к инкорпорации выражается довольно странно. Вы были «мелкотой», а стали Председателем, вероятно, самой могущественной организации в истории. Я бы сказал, что к вам система инкорпорации отнеслась весьма милостиво.
Председатель не ответил — Джастин понял, что его собеседник тщательно обдумывает свои дальнейшие слова.
— Мистер Корд, что бы в ваше время случилось с человеком, уверяющим, что он ненавидит США? С человеком, который не просто говорил бы о своей ненависти, но и пользовался каждым удобным случаем, начиная со старших классов школы, чтобы выражать свое мнение вслух и довести его до как можно большего числа людей?
— Наверное, его бы взяли на работу в «Нью-Йорк таймс», — улыбнулся Джастин. Заметив озадаченное выражение собеседника, он пояснил: — Извините, это очень старый анекдот. Я понимаю, на что вы намекаете. Скорее всего, такого человека подвергли бы остракизму.
— И тем самым сделали ни на что не годным, — кивнул Председатель. — С юных лет я понял, что ненависть к окружающей меня системе следует надежно скрывать. Ведь я ни с кем не мог поделиться своими взглядами, мистер Корд, мне не с кем было об этом поговорить. И все же я считал каждую акцию, которой я не владел, оторванным куском моей души. Я думал: вот выкуплю контрольный пакет, и боль пройдет. Я успокоюсь. А мне стало только хуже. Плоды моего труда принадлежали не мне. Я никогда бы не смог владеть всем, чего я достиг. Мне всегда пришлось бы с кем-то делиться.
— Мистер Председатель, не хочу показаться вам грубым, но то же самое было и в мое время. Только у нас это называлось «налогами».
— Мистер Корд, как ни ужасны налоги, речь идет всего лишь о части вашего дохода. Инкорпорация требует долю от всего. С момента рождения все наши действия ограничены. Мы многого лишены из-за того, что каких-то наших шагов не допустят наши акционеры. Они не только получают долю наших доходов, они по определению владеют частью нас самих. Вы можете то же самое сказать о вашей системе налогообложения?
— Нет, — признался Джастин. — Наверное, не могу.
— После того как я приобрел контрольный пакет, — продолжал Председатель, — я одно время подумывал стать старателем на поясе астероидов. В нашей системе старатели, пожалуй, — самые свободные люди. Если у тебя есть контрольный пакет, ты сам себе хозяин. Акционеры не против твоей рискованной работы, потому что она прибыльна, а ты можешь забыть о том, что инкорпорирован, если не будешь пристально вглядываться в декларацию о доходах.
— Почему же вы не подались в старатели?
— Потому что, мистер Корд, я изучил историю инкорпорированного общества и понял, что инкорпорация становится все опаснее.