— Не верится, что Гектор обучил его управлять цифродругом.
Молчание.
— Нила!
— Гектор ничему его не учил, — нехотя ответила Нила. — Это я.
Теперь замолчал Мош.
— Мош, ты где?
— Все понятно… — Он поморщился. — Хотя… нет. Ничего не понимаю.
— Мош, мне пришлось его научить. Гектор не только показал ему цифродруга, он пытался обманом заставить его подписать контракт о персональной инкорпорации!
Мош вздохнул:
— Коварство Гектора трудно переоценить!
— Вот почему для Джастина так важно по-прежнему доверять мне — пусть даже не на моих, а на его условиях. Только под моим руководством он может вписаться в наше общество, хотя он пока еще этого не сознает.
— Значит, он занимается нерфингом… Первое время лучше не отходить от него ни на шаг.
— Приклеиться к нему я тоже не могу.
— Ах да, ты боишься потерять его доверие… Что предлагаешь?
— Я подготовила ему удостоверение дегена четвертой степени. Насколько я понимаю, скоро он начнет повсюду бродить. И если мои догадки правильны, первым делом он отправится к капсуле, из которой его извлекли.
— Мы проследим за ним… на расстоянии. Держи меня в курсе, ладно?
— Ладно, Мош. Пока!
Образ Нилы исчез, и Мош положил цифродруга в карман. Жизнь, от которой он так пытался бежать, догнала его и наступает на пятки. Человек поумнее, наверное, замкнулся бы в своем мирке. Но те же причины, в свое время вынудившие Моша уйти из GCI, сейчас побуждали его остаться. Он не отдаст своих соратников на растерзание Гектору и ему подобным, да и Джастина тоже бросать не хочется, ведь он теперь почти на его попечении. Бросать друзей не в его характере — а менять привычки уже поздно.
«Наша способность упорядочивать атомы лежит в основе технологии. Мы ушли далеко в своей способности упорядочивать атомы, от заточки кремня для наконечников стрел до обработки алюминия для космических кораблей. Мы гордимся нашей технологией с нашими лекарствами, спасающими жизнь, и настольными компьютерами. Однако наши космические корабли все еще грубы, наши компьютеры пока еще глупые, а молекулы в наших тканях все еще приходят в беспорядок, вначале разрушая здоровье, а затем и саму жизнь. При всех наших успехах в упорядочении атомов мы все еще используем примитивные методы упорядочения. При имеющейся у нас технологии мы все еще вынуждены манипулировать большими, плохо управляемыми группами атомов.
Но законы природы дают много возможностей для прогресса, и давление мировой конкуренции даже теперь толкает нас вперед. Хорошо это или плохо, но самое большое технологическое достижение в истории все еще ожидает нас впереди».
Почти целый час Джастин разбирался в запутанных, сложных статьях контракта, подсунутого ему Гектором. В одном Гектор оказался прав: вскоре у Джастина разболелась голова. Ему предстояло разобраться в сорока восьми страницах юридической абракадабры. Дело осложнялось тем, что за прошедшие триста лет юридический жаргон обогатился новыми терминами и понятиями и стал еще замысловатее. Не будь у него аватара, объяснявшего Джастину все мельчайшие оттенки самого текста и подтекста, процесс понимания занял бы не одну неделю.
— Значит, они, грубо говоря, хотели отхватить кусок меня самого, даже не спросив, хочу ли я этого?
— Да, Джастин, — ответил себастьян, — хотя кусок, по правде говоря, оказался бы не слишком большим.
Джастин улыбнулся в ответ. Цифродруг все больше нравился ему.
— Я вот чего не понимаю… В чем смысл? Ведь они не получат права распоряжаться моей жизнью — как распоряжаются жизнью тех, чьими контрольными пакетами владеют…
— В твоем случае, — прошелестел себастьян, — смысл не в сиюминутной, а в потенциальной прибыли. Даже микроскопический пай тебя, практически чужака в нашем мире, принесет GCI миллионные дивиденды.
Джастин задумался, переваривая услышанное.
— Ну ладно… Хорошенького понемножку. Хочется подвигаться. Проводишь меня к моей капсуле?
— С удовольствием, Джастин. Не забудь свой жетон дегена — ты найдешь его в лотке сбоку от двери.
— Хорошо.
Повинуясь привычке, Джастин огляделся по сторонам — проверить, не забыл ли он чего. Правда, сейчас у него ничего не было. По крайней мере, ничего такого, что можно взять с собой — за исключением цифродруга. Джастин повертел маленький компьютер на ладони.
— М-м-м… себастьян!
— Да, Джастин?
— Цифродруг, в котором ты, так сказать, обитаешь… он ведь раньше принадлежал Гектору, да?