Нила завороженно наблюдала за происходящим, ею овладело приятное волнение.
— Наш рейс через несколько минут, — сообщила она.
Джастин кивнул и улыбнулся.
— Сюда, — показала Нила, направляясь к скоплению машинок с отпечатками ладоней внутри.
По пути следования их окружали стайки маленьких роботов, которые что-то рекламировали. Джастин обратил внимание, что Ниле предлагают эскорт-услуги, курорты и всевозможные предметы роскоши. К нему же за все время подлетел только один робот, да и тот быстро улетел.
— Нила, — спросил Джастин, — не то чтобы меня раздражал недостаток всеобщего внимания, но… объясните, почему роботы словно не замечают меня?
— Это дроны-рекламщики, — пояснила Нила. — Сокращенно рекроботы. Вот почему. — Она ткнула пальцем ему в грудь. — Нет смысла что-либо предлагать дегенам.
— Значит, если хочешь, чтобы тебя оставили в покое, достаточно нацепить такой жетон?
— Во-первых, такой жетон получить нелегко, и, во-вторых, не очень-то приятно носить его… его носят только по необходимости. В общем, добро пожаловать в наш маленький, но оживленный орпорт. Кстати, «орпорт» — это сокращение от «орбитальный порт».
— Ага… Теперь понял. Судя по тому, что я увидел снаружи и внутри, вы летаете на суборбитальных челноках, которые заменили реактивные самолеты?
— Молодец… Десять кредитов! — ответила Нила. — Возможно, ваш аватар сумеет все вам объяснить подробнее.
— В МГД-двигателях орбитолетов, — тут же подал голос себастьян, — энергия плазмы в магнитном поле преобразуется в электрическую энергию… Орбитолеты на лазерной тяге очень экономичны… Их поддерживает сеть орбитальных станций на солнечных батареях.
— И много у вас таких орпортов? — спросил Джастин.
— Они повсюду, — ответила Нила. — Орбитолеты невероятно дешевы не только в эксплуатации, но и в производстве. Их можно сравнить с громадными летающими тарелками… снабженными отлаженным программным обеспечением. Ну а орпорт также построить ничего не стоит. Проще некуда установить одну трубу или сотню — в зависимости от потребностей. Самые богатые даже встраивают трубу для орбитолета в крышах собственных домов. В любом городишке с десятью тысячами жителей имеется по крайней мере один орпорт. Кстати, такой городок с одним орпортом называется у нас глухополис.
— У нас их называли бы глухсвиллями.
Джастин увидел, что они подошли к скоплению аппаратов-ладонников.
Нила вложила ладонь в одну такую машинку и попросила два билета с открытой датой на частный рейс до Флоренции, Италия. Ей ответили, к какому стартовому сооружению идти. Процесс занял не больше полминуты.
— Нам долго придется ждать?
— Ждать вообще не придется. Сюда, — ответила Нила.
Они обошли очереди людей, ждущих допуска в обозначенные зоны «взлета», и проследовали прямо к площадке, обтянутой красным бархатным шнуром. Как только они подошли, их приветствовал безупречно одетый стюард. Нила снова вложила руку в аппарат-ладонник. После того как все сведения подтвердились, стюард поднял шнур и поманил их к себе.
— Желаю приятного полета! — напутствовал он, улыбаясь.
Не успел Джастин сообразить, что происходит, как его без всякой посторонней помощи потащило вверх, и он поплыл по воздуху к платформе, ведущей к туннелю.
Пройдя сквозь пермастену орбитолета, они увидели улыбающуюся стюардессу.
— Добро пожаловать в компанию «Совершенство». Меня зовут Пэт, сегодня я ваша «подай-принеси».
— «Подай-принеси»? — недоуменно переспросил Джастин.
Заметив его значок, Пэт спохватилась:
— Ох, простите меня! Сегодня я в вашем распоряжении, сэр.
— Ясно, спасибо, — ответил он, подыгрывая ей.
Он еще не привык к тому, что с ним обращаются как с идиотом, но, до тех пор, пока он или Нила не сочтут, что в жетоне дегена больше нет необходимости, надо соблюдать правила игры. В конце концов, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом… Раз Нила считает, что так надо ради его же пользы, придется с ней согласиться.