– Удалось ли вам в результате данных поисков отыскать улики, доказывающие, что Рейчел находилась там?
– Да. Мы нашли кусок белой ткани с бурыми пятнами на нем. Оказалось, это кровь.
Дэн поднял над головой улику, показал ее залу и присяжным.
– Почему для вас так важна именно эта улика? – спросил он, снова повернувшись к Страйду.
– Мы полагали, что в тот вечер, когда исчезла Рейчел, на ней была белая водолазка, купленная ею примерно за неделю до этого. Найденная ткань по составу оказалась идентичной той, что используется для производства водолазок. Анализ проводился в полицейской криминалистической лаборатории в Миннеаполисе.
Дэн не стал больше расспрашивать Страйда о водолазке. Он вызвал в качестве свидетеля доктора Йи, Несокрушимого, как его звали в Миннесоте адвокаты по уголовным делам, и тот дополнил убийственный паззл научной, судебно-медицинской частью. Он сравнил найденный у амбара кусок с тканью, которую производитель использовал для пошива водолазок, и обнаружил их полную идентичность. Кровь на ткани, по его словам, согласно результатам анализа ДНК принадлежала Рейчел.
– Скажите, лейтенант, изменился ли ход расследования с этого момента? – задал вопрос Дэн.
– Да. Мы пришли к заключению, что Рейчел мертва, и начали искать тело.
– Но вы не нашли его, так?
Страйд покачал головой:
– Не нашли. Мы обыскали несколько миль леса, окружающего амбар, но не обнаружили никаких следов. В поисках участвовали как полицейские силы, так и добровольцы. Они осматривали все метр за метром.
– И тем не менее вы убеждены, что Рейчел мертва?
– Протестую! – выкрикнул Гейл. – У свидетеля нет доказательств гибели девушки. Он не знает, жива она или нет.
– Я всего лишь прошу свидетеля высказать его личное мнение, – произнес Дэн. – Как лейтенант полиции с большим опытом работы, проводивший расследование, он имеет на это полное право.
Судья Кассель наморщила губы.
– Разрешаю. Свидетель может продолжать.
– Да, я полагаю, что Рейчел убита, – промолвил Страйд. – Потому что это единственно верное объяснение всех найденных улик.
– Лейтенант, давайте вернемся на минуту назад. Удалось ли вам обнаружить на месте преступления иные улики, помимо ткани?
Гейл снова вскочил:
– Ваша честь, обращаю ваше внимание на то, что обвинение пользуется термином «место преступления», не имея фактических доказательств совершения самого преступления.
Судья Кассель кивнула.
– Да, вы правы. Мистер Эриксон, прошу вас воздерживаться от подобной характеристики.
Дэн невозмутимо продолжал допрос:
– Не находили ли вы в том же месте, где вы обнаружили окровавленную ткань, что-нибудь еще?
– Находили, – ответил Страйд. – За амбаром, где обычно паркуются машины, в грязи было много отпечатков следов. Там мы не увидели ничего существенного, но зато примерно в метре от найденного куска ткани обнаружили довольно отчетливые следы кроссовок двенадцатого размера. Рядом с ними были и другие следы от кроссовок восьмого размера.
Дэн показал присяжным крупные фотографии отпечатков, на которых можно было разобрать даже торговую марку производителя.
– Удалось ли вам определить фирму-изготовителя кроссовок двенадцатого размера?
– Да, конечно, она хорошо просматривается, это большой красный овал в центре каблука. По нему мы установили марку кроссовок – «Адидас», модель девятьсот пятьдесят четыре-триста. Продают такие в Дулуте в трех магазинах.
Дэн вытянул лист бумаги и продемонстрировал его присяжным в качестве очередной улики, затем обратился к Страйду:
– Скажите, лейтенант, что это за бумага?
– Копия чека, выписанного Грэмом Стоунером за четыре месяца до исчезновения Рейчел в магазине «Спортивная нога» за сделанную там покупку стоимостью в восемьдесят пять долларов.
– Сколько таких магазинов в Дулуте?
– Только один, на Миллер-Хилл.
– Продаются ли в данном магазине кроссовки «Адидас», подошва которых соответствует отпечатку, найденному вами возле амбара?
– Да, продаются. Их стоимость на момент, когда выписывался чек, составляла восемьдесят пять долларов.
Дэн решительно кивнул.
– Лейтенант, находили ли вы во время обыска в доме Стоунеров кроссовки марки «Адидас»?
– Нет.
– А какую-нибудь другую спортивную обувь?
– Мы нашли пару кроссовок «Найк». Их купили явно недавно и, по-моему, ни разу не обували.
Дэн извлек из стопки бумаг еще одну копию чека, подписанного Грэмом Стоунером.
– Расскажите нам, пожалуйста, вот об этом чеке.
– Чек также из магазина «Спортивная нога», по нему через неделю после пропажи Рейчел была сделана покупка на сумму семьдесят пять долларов. Ровно столько в том магазине стоит пара кроссовок «Найк». Сами кроссовки мы нашли в спальне мистера Стоунера.
– Он приобрел новые кроссовки спустя всего четыре месяца после покупки старых, марки «Адидас»?
– Именно так.
– А какого размера эти кроссовки? – продолжал расспрашивать Дэн.
– Двенадцатого, совпадают с отпечатками возле амбара.
– Еще один вопрос, лейтенант. Вы определили, какого размера обувь носила Рейчел?
– Восьмого. Совпадает с отпечатком у амбара.
Дэн взял паузу, осмотрел присяжных, встретившись взглядом с каждым, убедился, что они сознают всю важность как вопросов, так и ответов. Страйд по их взглядам также определил, что они очень внимательно слушают его заявления. Им, как и ему, не нравилось столько совпадений.
– Получали ли вы во время расследования ордер на обыск дома Стоунеров?
– Получал, – ответил Страйд.
– Сообщите нам, что вам удалось обнаружить.
– Первую, и очень важную, улику мы нашли на жестком диске компьютера, стоявшего в кабинете мистера Стоунера. Это была фотография Рейчел.
Дэн взял со стола крупный пластиковый файл, в который была вложена фотография Рейчел, представив ее как улику, но поднял над головой так, чтобы она согнулась пополам и присяжные не смогли ее рассмотреть. Затем он развернул ее и показал Страйду.
– Вы узнаете фотографию?
– Да, это она.
Дэн подошел к скамье присяжных и развернул снимок. Увидев его, некоторые присяжные ахнули. Страйд заметил, как четверо мужчин непроизвольно подались вперед. Он нисколько не удивился: трудно было остаться равнодушным к сексуальной привлекательности девушки.
– Находили ли вы при обыске иные улики сексуального характера?
– Да. В одном из ящиков бюро, тоже в кабинете мистера Стоунера, мы нашли толстую пачку порнографических журналов – «Девочки-конфетки», «Малолеточки» и другие.
Отвернувшись от Страйда и пристально наблюдая за присяжными, Дэн произнес:
– Что это за журналы?
– В них публикуют откровенные фотографии девушек и женщин, загримированных под несовершеннолетних.
Дэн с фотографией Рейчел в руке вернулся к своему столу. Несколько дней назад они спорили со Страйдом, решали, как лучше поступить – убрать экстравагантный снимок или оставить его на всеобщее обозрение на столе присяжных. Решили, что нужно убрать – он станет отвлекать не только мужчин, но и женщин.
Дэн взял со стола пачку журналов, найденных во время обыска в кабинете Стоунера, и по одному передал присяжным. Те принялись листать их, но быстро закрыли. На лицах многих появилась гримаса отвращения. Дэн ждал, давая присяжным возможность рассмотреть скабрезные снимки, от которых за милю несло извращениями, но только мельком, чтобы не вызвать привычки и нечувствительности к ним. Он торопливо собрал журналы, положил на свой стол, затем достал еще один листок и передал Страйду.
– Вы можете сказать, что это?
– Распечатка телефонных разговоров из дома Стоунеров.
– Что вы на ней видите?
– Здесь указаны номера, по которым оказываются секс-услуги по телефону. В течение года раза два-три в месяц с телефона в доме Стоунеров туда кто-то звонил. Некоторые службы специализируются на особых видах секса, к примеру, на сексе с несовершеннолетними. Девушки и женщины там говорят полудетскими голосами.