Я почувствовала что-то большее в тот день в холодном музее, чем за полтора года терапии.
— Открой дверь, Чарли, или я выбью ее. Я серьезно, — кричала Наоми, пока барабанила по двери. Почти семь вечера; я избегала разговора с ней почти весь день. Коротко написала ей, что в порядке, но, конечно, она догадалась.
Я мешкаю по другую сторону двери, прижимаясь щекой к холодному дереву.
— Наоми, я в порядке.
— Чарли, впусти меня, — умоляет она, ее голос словно острый нож. Я и не хотела ее огорчать, никого не хотела. Поэтому и желала, чтобы она ушла. Не хотела быть тем другом, который подавляет настроение. Это нечестно, что она всегда счастливая и пытается меня развеселить.
Секунду спустя листок бумаги скользнул под дверью, касаясь ступни. Я смотрю вниз, чтобы прочесть куриные каракули.
Наоми + Чарли = Вредные Сучки на всю жизнь (без исключений, даже в печальные дни).
Я позволяю улыбке просочиться сквозь пасмурность настроения и открываю дверь. Доктор Франсис говорил, что восстановление - это выбор счастья, позволить людям войти и принять их доброту.
— Я делаю это только ради твоего же блага, — говорю я, раскрывая скрипучую дверь, и позволяю ей войти. — Разве ты не понимаешь, что должна быть с сексуальным Беннеттом, а не рваться ко мне?
Я закрываю дверь и оглядываюсь, чтобы взглянуть на нее, но Наоми меня игнорирует. Робкая улыбка касается лица, когда она показывает мне причину вмешательства. Я прикладываю руку ко рту, пытаясь подавить эмоции. У нее есть все необходимое, потому что она потрясающая, и я люблю ее. Это так просто. Мне нужно принять любезность с ее стороны, потому что она делает это добровольно и без привязанностей.
— Обедик, — произносит она, держа в руках белую картонную коробку, — конечно же, это пицца, потому что чего бы ты еще хотела?
Я мягко улыбаюсь. Она откладывает коробку и достает диски.
— Лучшие серии «Субботним вечером в прямом эфире» с Тиной Фэй и Эми Полер.
Она подбрасывает их, и мне приходится быстро реагировать, чтобы не уронить их.
— И, наконец, немного снотворного.
Она знает меня так хорошо, что порой мне кажется, Наоми - продолжение моей души.
— Я собираюсь приложить силу, чтобы накормить тебя, мы будем смеяться до отвала, и затем я останусь до тех пор, пока ты не вырубишься. Тебе разрешается иметь унылые деньки, Чарли. Я не ожидаю ничего меньшего, но тебе не разрешается иметь унылую жизнь, — теплые карие глаза смотрят прямо на меня, и я слегка киваю. — Я перекрываю тебе кислород. Начиная с завтрашнего дня, ты проснешься бодрой и пойдешь покорять фотосессию. Я даже не собираюсь спрашивать о мальчике-фотографе, потому что его просто не должно быть в твоих грустных деньках. Тина и Эми - единственные люди, которые нам сегодня нужны, — утверждает она, расплываясь в улыбке.
Я вытираю слезу, но она отличается от тех грустных слез, которые были за день до Наоми. Она, как ангел-хранитель, и я благодарна звездам, что они впустили ее в мою жизнь на первом курсе в Колумбии. Без единого слова я подхожу к ней и обнимаю так сильно, как только могу. Хочу, чтобы Наоми знала, как важна для меня. Как сильно ее доброта действует в грустные дни.
ГЛАВА 8
Чарли
Я убираю прядь волос с лица, пока пробираюсь по многолюдному тротуару. Мне намного лучше. Понимаю, что в жизни у меня будет много падений. В конце концов, новоприобретенная решительность глубоко осела в недрах сознания, и в такой день, как этот, сложно вспомнить, насколько паршиво я себя чувствовала вчера. Хороший сон действительно то, что мне было нужно.
Я улыбаюсь и делаю глубокий вдох; до студии «MILK» идти еще пятнадцать минут. Джуд поступил правильно. Он убедился, что я добралась до дома и ушел, когда ситуация повернула в другое русло. С его стороны, это было благородно. Да, я хотела с ним переспать, и да, он отошел, как только я сняла свитер, но это не значит, что мне надо было так кричать на него.
— Добренькое утро, Чарли! — щебечет Джоани, когда я вхожу в лифт.
— Доброе, Джоани, — машу я, искренне радостная видеть ее снова.
Большая часть группы уже пришла. Хватаясь за ремешок кошелька, я пытаюсь выследить Джуда среди этих безумных людей. Мне не стоило удивляться, когда нашла его на том же месте, где он был в пятницу: за круглым столом, делая наброски для снимков.