Казалось бы, Макдоуэллу сейчас следовало продолжить разговор, так ему было бы удобнее. Но он лишь покачал головой и потушил окурок.
— Я и правда не помню. Потому что работаю по ночам, до трех-четырех утра, а в это время какой-нибудь ублюдок вечно взламывает замки на дверях.
— Нам нужны адрес и полное имя вашего коллеги.
— Рон Пикеринг.
— А его адрес?
— Что ж, он жил у матери, за Болтоном, но переехал. На кладбище Уалсалл. Умер от опухоли мозга полгода назад.
Тут Лангтон не выдержал и взорвался:
— Полгода назад? Как же он мог видеть этого иностранца около вашего паба? — Он торопливо поднялся, отодвинув стул, и принялся собирать документы.
— Ладно, — громко проговорил Макдоуэлл. — Я сам с ним встретился.
— Что?
— Я с ним пообщался.
— Продолжайте.
— Мне не хотелось влипать в дерьмо, я и без того в нем по уши. Вот почему я вам солгал. Никакого Рона в пабе не было, я один открывал и закрывал двери.
Лангтон изо всех сил пытался успокоиться и взять себя в руки. Когда он попросил Макдоуэлла описать этого человека, тот заскрипел зубами.
— Он был высокий, интересный. В бейсбольной кепке, надвинутой на лоб. Я пояснил ему, что тачки у меня нет и ему придется подождать. Он зашел в паб и немного выпил. Но вскоре поднялся и был таков.
— Вы бы его сейчас узнали?
Макдоуэлл слегка пожал плечами.
— Трудно сказать. Уж если честно, я тогда был не в лучшей форме.
— Наверное, у вас бывают случайные клиенты. Приходят, уходят, рассчитываются с вами. Почему же вы его запомнили?
Макдоуэлл обиженно выпятил губы.
— Начнем с того, что он был иностранец. К тому же он мне неплохо заплатил.
— Но больше этот иностранец с вами не общался?
— Нет.
— Я снова вас спрашиваю: если бы он попался вам на глаза, вы бы смогли его узнать?
Макдоуэлл надул щеки.
— Трудно сказать. Это зависит…
— От чего зависит?
— Что ж, вы сами должны его найти. А уж как там дальше будет, не знаю.
Баролли дал знак поджидавшей его Анне.
— Они получили результат. Пойдем, это выше, на следующем этаже.
Анна схватила сумку и последовала за ним. Бросилась его догонять и отстала, поднимаясь по ступенькам к вращающейся двери лаборатории.
В ее конце, среди рядов мощного и высокоточного оборудования с увеличительными стеклами, бок о бок стояли два эксперта и в упор вглядывались в экраны с изображением одного волоска.
— У вас готов результат? — нервно осведомился Баролли.
Младший из экспертов — оба они были в белых халатах — указал на тонкую стрелку на первом экране.
— Это волосок из «Мерседеса». Мы разделили его на четыре части. И хотя один образчик потерян, но три, к счастью, сохранились.
Он передвинулся ко второму экрану.
— А здесь один волосок жертвы, Мелиссы Стивенс. И между ними есть сходство, они совпадают на семьдесят пять процентов.
— На семьдесят пять, — пробормотал Баролли.
— Кокон волоска был слабым. Однако анализ ДНК доказал неслучайность этого совпадения. И волосок, обнаруженный в сиденье «Мерседеса», несомненно, принадлежал Мелиссе Стивенс.
Анна почувствовала, как задрожали ее ноги. Она растроганно взглянула на Баролли.
— Блестяще, — произнес он.
Лангтон был по горло сыт Макдоуэллом и объявил перерыв на день. Они с Льюисом обсуждали, стоит ли вызывать Дэниэлса на очную ставку, когда зазвонил телефон. Мойра подняла трубку. Она стояла у стола и взволнованно смотрела на Лангтона.
— В лаборатории завершили тестирование волос.
Лангтон оцепенел, ожидая худшего.
— Все совпало. Это волосы Мелиссы Стивенс.
Их взгляды встретились. Как только она произнесла последние слова, ее рука потянулась ко рту и закрыла его. Он понимающе улыбнулся и обратился к Льюису:
— Подготовьте ордер.
Затем события начали развиваться по нарастающей.
Напряжение сохранялось целый день. Все ждали указаний, полагая, что Дэниэлса вот-вот должны арестовать, однако Лангтон, казалось, немного успокоился и лишь посматривал на часы. Было уже поздно. Если бы он сейчас взял Дэниэлса под стражу, суд не собрался бы ночью на заседание, а его адвокат потребовал бы представить подписанное постановление в этом Лангтон был твердо уверен. Дело оказалось слишком масштабным, он предвидел предстоящие трудности и знал, какие вопросы ему могут задать, словно заранее очертив их сферу.
Когда Баролли хлопнул дверью и вбежал в туалет, Лангтон стоял у раковины и мыл лицо холодной водой, расплескивая брызги.