Он на мгновение отпустил руль одной рукой и протер глаза, словно пытаясь стереть навождение.
— Лучше бы она, как раньше, отчитывала меня своим этим… Детским строгим голосом. Когда она поджимала губы и хмурилась, как-будто собиралась, как раньше, вычесть у меня из зарплаты порванную блузку… — Гектор слегка усмехнулся.
— А теперь?
— А теперь… Она просто смотрит. Холодно, внимательно, словно считает мои шаги, когда я снова оступлюсь. Ни гнева, ни обиды. Только этот… холод. — Гектор на секунду замолчал, погрузившись в воспоминания. — Она больше верит в структуру, чем в людей. Наверное, поэтому и глава научного отдела.
Винсент задумчиво кивнул. За деревьями начала мелькать какая-то постройка.
— Ты ведь всё ещё… — Он не договорил.
— Верно… — Тихо ответил Гектор. — Я всё равно буду защищать её, даже если она больше не верит в то, что я ей нужен. Может, именно поэтому я и буду её защищать — Он чуть сильнее нажал на педаль, и двигатель взревел, пытаясь пробиться сквозь грязь и дождь. — Потому что кто-то должен оставаться верным, даже если это никому не нужно. Это было последним правилом отца.
Машина въехала на старую грунтовую дорогу. На горизонте тёмным силуэтом показалась ферма, словно забытая декорация. Ни света, ни движения. Полная статичность одинокого здания. Винсент не ответил. Он лишь кивнул сам себе, словно подводя итог разговору, и потянулся к дверной ручке. Когда он вышел из машины, дождь сразу же ударил по капюшону — мягко, но непрерывно. Ботинки погрузились в гущу грязи, отяжеляя походку.
Гектор закрыл за собой дверь, громко хлопнув ею, и обошёл машину по периметру. Его движения были медленными, выверенными. Не из-за осторожности, а из-за усталости.
Винсент, стоя рядом, вдруг осознал, насколько сильно тот изменился. Раньше в Гекторе было что-то от хитрого лиса, опасный, всегда на шаг впереди, с полуулыбкой и прищуром. Сейчас… Он стал другим. Не хитрым, а выжженным, как старый волк, переживший десятки зим и столько же стай. Он больше не охотился, просто шёл, пока ноги держали.
И тут в нос ударил запах. Травы, дождя и чего-то ещё.
— Чувствуешь? — Тихо спросил Винсент.
Гектор остановился и лишь кивнул. Не нужно было слов. Запах был странным, резким. Местами почти металлическим, с примесью сырости, гнили и… Крови.
— Значит, это не старые бредни старика. — Сказал Винсент, глядя в сторону силуэта главного дома. Крыша прогнулась, за окнами темнота. Тишина вокруг была почти давящей. Ни звуков скота, ни пения птиц, ни собачьего лая, только биение дождя
— Что-то случилось. — Подтвердил Гектор. — Это явно не просто отравленная вода. Пошли.
Дождь постепенно прекращался, поднимая туман, что окутывал их словно саван. Где-то на краю сознания Винсент ощутил то же беспокойство, которое терзало его в поезде, только теперь оно обрело запах и форму.
От подобной атмосферы Винсент напрягся и медленно вытащил рапиру из ножен, закрыл глаза и сосредоточился. Внутри груди отозвалось знакомое пульсирующее тепло. Подарок Авдия, энергия, которая изначально была чужая, но теперь настолько родная, что потеря такого казалась бы пыткой. Она струилась, как тихий ток, наполняя пальцы, поднимаясь по руке, проникая в клинок.
Сталь начала едва заметно светиться тусклым синим сиянием, словно отблеск лунного света. Винсент сосредоточился и потянулся к форме, образу линий, как называл это Райвен. В пылу боя он мог выпустить энергетическую волну, пронзающую всё в радиусе нескольких метров, а также удлинять клинок, словно сам воздух становился продолжением его оружия. Он открыл глаза, рапира лёгким движением ушла в сторону, отслеживая каждое движение в тумане.
Гектор же стоял с закрытыми глазами, вытягивая энергию из источника. Он медленно, глубоко выдохнул, а затем вдохнул, втягивая силу в лёгкие, словно вдыхал саму суть окружающего мира. Энергия прошла по его телу от пальцев до пяток, а после осталась внутри. Его глаза открылись: зрачки расширены, взгляд острый, хищный.
— Озон… Шерсть… Кровь… Калий… — Заговорил он, поворачивая голову с каждым словом, как ищейка, улавливающая тонкие следы в земле. — Нет, не он. Что-то похожее… Смесь. Запах свежий. От силы пара дней.
— «Свежий» — протянул Винсент с усмешкой, — Умеешь ты подбодрить.
Гектор не ответил. Его лицо стало ещё серьёзнее. Он отступил на шаг и расстегнул кобуру на поясе. Там лежал пистолет, тёмный, с угловатыми вставками и нестабильным мерцанием в патроннике. Он зарядил его специальными пулями, потому что понимал: невозможно, чтобы их отправили в глушь ради простой проверки. Гектора могли, но точно не Винсента.