- Что? - прикинулась что не понимаю, а у самой ком в горле застрял.
- Жену свою нигде не таскает, а в тебе значит что-то есть, - ухмыляется, осматривая мои ноги, - раз он не стесняется тебя с собой таскать, друзьям показывать. О дочери даже не думает. Сколько денег хочешь? Информация нужна…
Ничего не слышу после этих слов. Жена. Дочь. Черт. Не может быть. Не подаю вида, поправляю черную челку.
- Извините, - нервно, трясущимися руками хватаю сумочку, ключи и бегу вниз к машине позабыв о пальто.
Сажусь в тачку и дергающейся ногой давлю на газ. Жена? Жена, блядь, жена! Чувствую себя тупой. На светофоре открываю бардачок и нахожу какой-то телефон, такой же как у него. На экране фото малышки, с розовым бантом, несколько пропущенных “Адель”.
- Дура! Дура! Дура! - бью со всей дури по рулю, ловлю сигнал. Вытираю мокрые от слез щеки. Внутри все скрутило в узел. Не знаю через сколько времени зарулила домой, поднялась в квартиру на дрожащих ногах, открыла дверь увидела его.
- Рада, я не хотел, - взволнованный смотрит на меня, растрепанный будто бежал сюда.
- Ты, ты, ты, - кидаю сумку на пол, - Ебаный мудак! - налетаю на него с кулаками, бью со всей дури по щеке и отшатываюсь к стене, потирая горящую ладонь. Слова в голове совсем не формулируются.
- Ты урод, Тугушев, самый настоящий урод! - закусываю губу, - я не прощу тебя, - шепчу, шмыгая носом, - сукааа! Меня тошнит от тебя, от себя тошнит! - ору, лицо болит от напряжения в попытках сдержать слезы. Срываю парик, верхнюю одежду. Все летит на пол: серьги, браслеты, цепочки.
- Прости меня! - кричит, пытаясь меня перебить, разводит руками.
- Иди нахуй, - выплевываю ему в лицо подскочив почти вплотную, - я спала с женатым мужчиной, я пропахла этим дерьмом! - рыдания вырываются из меня комьями, - ты разрушил меня! Мою жизнь! - срываюсь на крик. Всю трясет. Ощущение, что мир рушится под ногами. Вскакиваю и иду куда-то, кухня, ванна, гардероб, ничего не соображаю. Главное двигаться, если сейчас остановлюсь - умру, упаду на пол, свернусь и заживо похороню себя под чувством предательства.
- Рада, прости меня. Что ты хочешь? Крошка. Машину? Целый автопарк? - идет за мной.
- Машину? Машину?! - зверею, силой сжимаю ключ от когда-то желанного, а теперь такого ненавистного BMW, со все дури кидаю брелок ему в лицо и рассекаю губу.
- Детка, да я виноват! - орет, машет головой. - Да! Понравилась ты мне, влюбился я! Радка, влюбился!
- Иди нахуй! Нахуй! Слышишь меня?! Ебанный лжец! Волк! Ты волк?! - хриплю, указываю на него пальцем, губы свело от презрения.
Подхожу к нему ближе и шепчу на ухо.
- Ты не волк Тугушев. Волк это про мужчина, которые преданы себе и своей волчице, а ты кабель, - отшатываюсь от него, - пошел вон из моего дома, - смотрю на него и нихера не вижу из-за слез, - ключи забери, не заберешь, я сяду в нее и разобьюсь к чертям собачьим, - тычу в него пальцем.
-Рада, подумай хорошо, не горячись. Все решаемо. Я буду здесь, в городе… - смотрит мне в глаза, спокоен. Думает о чем-то пару секунд, а потом пошатываясь выходит из квартиры благородно оставляя ключи на белом комоде.
- Божеее, - падаю на холодный пол. Мой мир стал таким ярким после той ночи, мир стал другим. Первая любовь ведь всегда так больно? Почему я подумала, что со мной будет иначе. Мне от этой грязи, от этого греха теперь не отмыться никогда, никогда.
Москва. Наши дни.
- Радака, что случилось? - знакомый приятный голос.
Дергаюсь, но потом замечаю, что я в руках мужчины.
- Как ты тут? - удивляюсь, а потом этот вопрос сам отпадает. Как. как, ему разве слово преграда?
- Вспомнилось мне Тугушев, вспомнилось разочарование века, - прячу глаза, сейчас стыдно это произносить.
ненависть уходит. Гордость превращается в тяжелый груз. А вот любовь, если хотя бы капелька была, никуда не исчезает. Я молилась за него все это время, мечтала быть рядом и ненавидела. А сейчас какая уже разница? Если я кроме как о нем, ни о ком больше думать не могу? Если я все эти годы не жила?
- Я понимаю, - тяжело вздыхает, - я тут цветы привез, - указывает на шикарный букет белых роз.
- Давид, - отвожу глаза, моргаю, чтобы не заплакать.
- Прости Рад, я знаю, что это придет не сразу. Просто дай мне шанс. Все ради тебя. Я только с тобой, - гладит меня по голове. Осторожничает, подбирает слова и действия.
- Время покажет, Тугушев, - кривляю его фамилию.
- Покажет, а сейчас собирайся, поужинаем в ресторане, - заботливо вытирает мои щеки.
Глава 5
Давид
Смотрю как она спит. Девчонка. С этим вздернутым носом и пухлыми очерченными губами. Щеки розовые после горячей ванны. Дите дитем.