уладили.
Вероятно, какой-то идиот, упаковывавший посылку в тюрьме, захотел получить
сувенир от Гризза. И все. Нет смысла волноваться.
Но Томми не был наивен. У него все еще имелись контакты под землей.
Он также знал, что у Гризза имелись люди, которые сделают для него все. Даже
после казни.
Томми проверит кое-что позже, чтобы убедиться. А сейчас ему нужно успокоить
жену.
Он сел рядом с Джинни и взял ее руки в свои. Джейсон подпрыгивал, когда Томми
собирался заговорить. Он быстро оправился от отцовского выговора и выглядел даже
более взбудораженным.
— Чуть не забыл! Это лучшая часть! Даже лучше, чем шахматная доска, —
Джейсон опустился вниз и поднял с пола под кофейным столиком нечто, скрытое под
упаковочным материалом. — Это лежало на самом дне коробки. — Джинни чуть не
задохнулась, когда увидела, что, словно приз, ее сын держит в руке. — Там, и правда, была эта куртка. И, смотрите, девчонка на спине выглядит, как Мими!
Глава 30
1979
— Тебе следует лучше подумать, прежде чем просить такое, Кит, — сказал ей
Гризз однажды, когда они сидели в гостиной четвертого номера.
— Ты спросил, что я хочу на день рождения, и я сказала. Не надо было спрашивать, если не хотел знать.
— Ну же, малышка. Не играй со мной в эти игры. Ты знаешь, что я не скажу тебе
свое имя. Это в любом случае не важно.
— Хорошо, не говори мне свое имя. Как насчет того, чтобы рассказать мне что-
нибудь о себе и своей жизни до этого мотеля. Что-нибудь, Гризз. Я твоя жена. Женатые
парочки делятся подобным.
— Моя жизнь, пока я не привез тебя сюда, была ничем, — Гризз вздохнул. — Что
ты хочешь услышать? Список преступлений, о времени в тюрьме, что? Верь, когда я
говорю, что моя жизнь началась с того момента, как ты появилась здесь, котенок.
— Давай же, Гризз. Мы можем упростить задачу. Что насчет начальной школы, в
которую ты ходил? Было ли у тебя в детстве домашнее животное? Если было, то как его
звали? Родители любили тебя? Были ли у вас воскресные ужины? Какое ТВ-шоу ты
любил в детстве? Какого цвета была твоя первая машина? — она улыбнулась. — Что-
нибудь, Гризз. Я ничего о тебе не знаю. И это немного нечестно, так как я для тебя —
открытая книга.
Гризз вздохнул и пробежался рукой по волосам. Сам виноват! Он спросил Кит, что
она хотела бы получить на день рождения, и она сказала.
— Могу ли я просто сказать, что у меня была отстойная жизнь, и я не хочу
говорить о ней? — и, предвосхищая следующий вопрос, сказал: — Зеленая.
— Что «зеленая»? — спросила Кит, распахнув глаза. Она проворно бросилась на
край дивана. — Это твоя настоящая фамилия?
— Нет. Моя первая машина была зеленой, и, прежде чем ты спросишь, да, я украл
ее.
Она встала и сложила руки на груди.
— Ох, ты такой раздражающий! Кто-нибудь говорил тебе об этом?
Мужчина приподнял брови. Вопрос Кит развеселил его, но он не хотел раздражать
ее еще больше. Его лицо смягчилось.
— Котенок, пожалуйста, просто скажи, что еще ты могла бы захотеть на день
рождения? Пожалуйста?
Гризз был в отчаянии. Не помогало и то, что он чувствовал всепоглощающую вину
за нападение на нее и попытку изнасилования прошлым летом. Он все еще искал того, кто
сделал это. По правде говоря, мужчина часто представлял, как много боли он причинит
человеку, который посмел поднять руку на его жену. И, не позволив ей сказать хотя бы
слово, добавил:
— И, нет, я не пойду с тобой в церковь, даже не проси.
Девушка, не отрываясь, смотрела на мужа. Ее лицо становилось красным. Она
действительно разозлилась.
«Она выглядит великолепно», — подумал Гризз.
Он почти улыбнулся, но быстро взял себя в руки.
Телефон зазвонил, прерывая их разговор.
— Ответь, — сказала она, направляясь к двери. — Мне нужно немного подышать.
Гризз отметил, что ее ключи лежат там, где им и положено, и подошел к телефону.
По крайней мере, он может не волноваться, что со злости она куда-нибудь уедет.
Когда закончился телефонный разговор, он отправился искать Кит. Проверив
несколько свободных комнат в мотеле, прошел к офисной части. Он увидел девушку,
склонившуюся к пассажирскому креслу своей машины.
Гризз остановился и посмотрел на ее задницу. Красивая задница. Попка, на
которую ему никогда не надоест смотреть. Он становился твердым.
«Интересно, смогу ли я уговорить ее спустить джинсы?», — спросил он себя.