Жиндия никогда не видела более очевидного знака. Армия демонов, втайне созданная невольными союзниками и готовая принести ей великую победу.
- Эти границы не включают Ллос, - уступила Жиндия остальным, не желая, чтобы кто-то перехватил её инициативу в этом всё более очевидном предприятии. Затем она быстро добавила: - Пока что.
Таким образом объявляя о своей собственности, которую она намеревалась как можно быстрее доставить домой. Она сверкнула своей как всегда ужасной улыбкой в адрес собравшихся и попросила их:
- Следуйте за мной.
Вниз по коридорам дома Меларн повела мать Жиндия своих гостей — в большую круглую палату, высоко над уровнем пола окружённую галереей . Другие Меларны знали, в чём дело, и охи матери Шакти с дочерью не, когда те посмотрели вниз через перила, не стали для них неожиданностью.
Поскольку в яме возвышалась пара паукообразных созданий. Тело размером с быка поддерживали восемь долгих лап. В городе, где встречались даже более крупные нефритовые пауки, это было не так уж и необычно, но размер — не единственное, что выделяло этих чудовищных конструктов. Неровные металлические пластины покрывали их спины, а «шерсть» на лапах на самом деле состояла из множества железных лезвий.
Мать Жиндия окликнула двух стражников-мужчин с противоположного конца галереи, и те немедленно принялись вращать рычаги, открывающие пару больших дверей, ведущих на арену.
Из одной появился амберхалк, здоровенный, сильный и бесстрашный, со шкурой прочнее самых тяжелых доспехов горных великанов, с мандибулами и когтями, достаточно сильными, чтобы рассечь твёрдый камень. Не знающее страха чудовище в ярости бросилось на ближайший паучий конструкт.
Из другого проёма выбежал отряд из десяти минотавров, грозных и хитрых созданий, немедленно построившихся в оборонительную позицию, подняв тяжёлые секиры.
Вместо того, чтобы атаковать, они последовали указаниям дроу наверху и стали наблюдать за бычьим натиском амберхалка.
Паук встал на дыбы перед приближающимся чудовищем. Четыре из восьми его глаз начали сиять и искриться.
Амберхалк не сбавил скорости, полный решимости сражаться. Но затем он отлетел назад, поражённый ударом молнии, выстрелившей из глаза противника. Прежде чем здоровенное чудовище успело коснуться пола, его накрыл конус трескучего инея, поразив амберхалка так сильно, что тот оглушительно взвыл. Тем не менее, чудовище упрямо поднялось и захромало вперёд, по-прежнему готовое к битве.
Вот только настоящей битвы не случилось. Точнее, такое сражение мог бы вести мясник со свиньёй на скотобойне. Без особых усилий четыре передних лапы паучьего монстра хлестали и били амберхалка, швыряя его из стороны в сторону, как игрушку, дезориентировав и лишив противника равновесия.
Огромные жвалы конструкта перекусили амберхалка посередине.
В противоположном конце ямы минотавры подались назад, теснее сплотив ряды.
И это сыграло на руку второму конструкту, из глаза которого ударил тёмный луч, задев больше половины его противников.
Пятеро из шести задетых лучом минотавров превратились в камень.
- Я никогда не говорила, что они вернут Закнафейна и Дзирта живыми, - пожав плечами, заметила мать Жиндия.
- Вернут? - повторила мать Шакти. - Возвращать будут эти чудовища? Они же демоны!
- Создания Бездны, - поправила Жиндия. - Големы. Полностью преданные цели и созданные для захвата единственного существа или персоны. Но да, чаще всего их используют великие владыки Бездны.
- Как ты этого добилась? Это...
- Величие Ллос, - оборвала её мать Жиндия, не собираясь рассказывать о своих делах с Эскавидне. - Почему вы сомневаетесь во мне, мать Шакти? У вас кризис веры?
Эти слова заставили Шакти Ханцрин отпрянуть. Меларны были рьяными последователями Ллос — настолько, что их приверженность принципам превосходила соображения практичности и зачастую вредила положению их дома, вызывая сомнения у всех остальных правящих домов Мензоберранзана.
Прямо сейчас перед ними была достаточная причина для сомнений.
- Вы по-настоящему их ненавидите, не так ли? - осмелилась заметить Черри Ханцрин.