Джарлакс хмыкнул, покачав головой при мысли о репутации ненасытной матери Мэлис До'Урден.
- Ещё одно умение, которое не стали стирать псионики Облодры, - сказал он, чтобы подкрепить свою позицию.
- И всё-таки тебе заплатили сверху, чтобы заручиться услугами псионика из этого дома, - напомнила Кирия.
- И я заручился советом псионика, а выслушав этот совет — пересмотрел разумность вашего решения, - ответил Джарлакс.
На лице Кирии виднелось огромное сомнение.
- Техника стирания памяти не идеальна, как мне сказали, - повторил наёмник. - Всё могло оказаться напрасным, если бы я позволил псионику вторгнуться в разум этого безупречного воина. Разве оно того стоило?
- Может и нет, - сказала Кирия... и всё равно протянула руку.
- Мне пришлось заплатить за совет.
Она пошевелила пальцами, желая вернуть дополнительное золото.
Со смешком и ухмылкой Джарлакс достал небольшой кошель из своей волшебной сумки и протянул его жрице.
- Мать Зирит боится, что мы могли бросить раненого зверя-дисплейсера прямиком в дом матери Мэлис, - призналась Кирия. - Если чемпион Симфрей мучается ненавистными воспоминаниями...
- Не мучается, и ненависть Закнафейна в любом случае не направлена на его новую мать, - заверил её Джарлакс.
Кирия понимающе ухмыльнулась.
- Ты слышал, что дом Тр'Арах пал? Что мать Хаузз убили, причём крайне жестоко?
- Да, ходят такие слухи, - единственное подтверждение, которое сделал Джарлакс, не считая хитрой ухмылки. Наёмник понял, что она знает. Кирия знает, что он позволил Закнафейну отомстить. - Прошу, заверь мать Зирит, что Закнафейн не нуждался в очищении разума и воспоминаний псиоником-Облодрой или пожирателем разума. Он будет хорошо себя вести.
- Кто ты? - спросила Кирия Ксорларрин, не в силах сдержать смешок.
- Бездомный бродяга.
Старшая жрица фыркнула и покачала головой.
- Кажется, мать Зирит была довольна моей работой, - сказал он, кланяясь.
Кирия сохранила похвальное бесстрастие.
- Мы свяжемся с тобой, если ты снова нам понадобишься, - сказала она и приготовилась уходить.
Джарлакс был доволен, что он так легко провёл эту встречу, и что Ксорларрины, похоже, не слишком возражали против его решения не стирать память Закнафейну. Джарлакс не хотел этого исключительно на личном уровне; за короткое время, проведённое вместе, чемпион Симфрей — или, точнее, чемпион До'Урден — его заинтересовал.
Но спустившись в Браэрин, Джарлакс снова задумался над возможностью того, что позволить Закнафейну сохранить его воспоминания было не самым милосердным поступком.
Когда он вошёл в «Сочащийся Миконид», таверну, известную самыми мерзкими напитками во всём городе, и увидел Закнафейна за их обычным столиком — голова опущена, плечи поникли — эти мысли лишь подтвердились.
Наёмник сделал жест в сторону бара — его здесь хорошо знали, как и в любой городской таверне, и знали, что он будет пить — и присоединился к оружейнику дома До'Урден.
- Опять вымотался? - спросил он, без спроса подтягивая к столу дополнительный стул. - Мать Мэлис убивает тебя, дружище.
Закнафейн поднял взгляд на наёмника.
- Я тебе не дружище.
Джарлакс снова сделал жест в сторону бара.
- Почему ты так говоришь? - спросил он. - Это ранит меня в самое сердце.
- Я бы с радостью пронзил тебе сердце, если бы мне сошло это с рук.
Закнафейн поднял стакан к губам и взглянул поверх него на Джарлакса исподлобья. Но наёмник заметил в этой гримасе что-то ещё — нечто менее угрожающее.
- Так это недомогание или усталость? - с хитрой ухмылкой спросил Джарлакс.
- Похоже, тебе очень интересно, - ответил Закнафейн. - Почему бы тебе не отведать прелестей Мэлис самому, если ты ещё не сподобился?
- Тебя это не обеспокоит?
Закнафейн презрительно фыркнул. Наёмник знал, что тот не кривит душой.
- Неужели ты не получаешь никакого удовольствия? - продолжал расспросы Джарлакс.
Закнафейн пожал плечами.
- Её умения неоспоримы, и немногие практикуют их с таким же усердием.
Воин не смог подавить слабую улыбку — трещину в его доспехах уныния, и Джарлакс рассмеялся.
- Тогда в чём дело, дружище? - спросил он. - Ты попал в дом, стоящий выше Симфреев, который пользуется вниманием великих домов и обладает достаточными связями, чтобы его нелегко было уничтожить. Амбиции матери Мэлис обеспечат достаточно битв в ближайшем будущем — она привела тебя в свой дом ради твоего меча и ради твоего... кинжала, - сказал он, пошевелив бровями и вынудив Закнафейна закатить глаза. - Чтобы сражаться и производить потомство. Так чего печалиться? Почему сегодняшней ночью Закнафейн покинул дом До'Урден и бродит по Улицам Вони, пьёт эль и вино, намного уступающее содержимому погребов матери Мэлис?