Меланьи, какой-то дикий вопль Паулы. Эльза открывает глаза. Это даётся с
большим трудом. Веки как будто налиты свинцом. Прямо перед ней
наклонён папа. «Откуда он тут?» мелькнуло в оглушённом мозгу Эли.
Сильная боль в правой ладони даёт понять, что она жива. Потом боль в
спине и тяжело дышать. Как железными клещами сжимается позвоночник.
Её переносят в дом, кладут на кровать. Она проваливается в какую-то
полудрёму. Её тело скованно, она не может пошевелиться, моргнуть. Она как
мумия. Её глаза закрыты, но она видит. Какая-то женщина щупает ей пульс.
Приоткрывает ей веки, заглядывает в глаза. Боль во всём теле. Как тогда, два
года назад. Тогда она едва не утонула в реке.
- Я сделала ей укол. Она поспит. Не тревожьте её. Как только проснётся,
сразу везите в больницу.
Эльза не знала этот голос. Она не спала. Но открывать глаза не хотелось.
Мышцы потихоньку расслаблялись, и она стала вспоминать.
Это случилось тут, возле Грушовки. Так назывался хутор, в котором
поселились Паула и Пётр. Был какой-то праздник. Нина с Николаем и какой-
то парой их друзей приехали отпраздновать его в хутор. Они и Эльза с
Жанной пошли на пляж. Пока взрослые устраивали пикник, девочки
побежали купаться в реку. Купались они тут не первый раз. Эльза не умела
плавать. Но воду очень любила. В этот день водичка была тёплая,
прозрачная. Эльза шла всё глубже. В какой-то момент она перестала касаться
дна. Девочка повернулась к берегу лицом. В нескольких метрах от неё она
увидела Жанну. В этот момент тело Эли стало вращаться в воде как юла,
игрушка из её детства. Не сразу поняла, что её втягивает водоворот. Страх
перехватил дыхание, она пыталась крикнуть, но вода заливала её рот.
Зелёные глаза Жанны мелькнули на какой-то момент и пропали. Ей
показалось, или действительно сестра усмехалась? Вокруг зеленоватая вода
реки, противная на вкус. Эльза изо всех сил пытается оттолкнуться от дна и
вынырнуть на поверхность, но сильный поток не даёт ей это сделать. Он
затягивает её. Нет сил. Она перестаёт сопротивляться.
Онулась Эльза на берегу. В груди немного болело. Это после искусственного дыхания, которое ей делали. Какой-то посторонний мужчина увидел, что Эля тонет, её успели откачать.
Слёзы лились по щекам Эли. Она прокручивала в голове всё, что случилось
теперь. Страшно уснуть. Ей казалось, что не сможет проснуться, если хоть на
секунду расслабиться. Когда к ней приходили видения, она тоже как будто
терялась во времени. Но сейчас всё стало по-другому. Появился страх, что она не найдётся, если уснёт хоть на секунду, что так и останется по ту
сторону. И она не спала. Лекарство не действовало. Что из того, что она
помнит было реальностью, а что виденьем? В этот раз она не могла
разобрать.
Уже в больнице ей рассказала Паула. Отец как раз входил в калитку. Он
приехал проведать тестя с тёщей и детей. И тут услышал крик Миши.
Мальчик побежал следом за Эльзой в сад и увидел, как та упала на землю. В
её руке был зажат провод, оторвавшийся от столба порывом ветра. Николай
быстро сообразил, что нужно делать. Он ухватил деревянную швабру у
порога дома. Пулей пробежал сквозь ветки деревьев по садовой дорожке и
отбросил провод от дочери. Она не дышала, пульс не прощупывался.
Казалось, она мертва. Но он снова, как и после утопления, вернул дочку к
жизни, проделав ей непрямой массаж сердца. И снова она ожила.
Ожог на пальце заживал очень долго. Удаление омертвевших тканей,
перевязки. Запах лекарств стал невыносим. Подвижность вернулась только
через полгода.
- Ты чего это сидишь в темноте? Включай свет, - произнесла мама, войдя в
комнату.
Эльза ещё долго не сможет прикоснуться ни к чему, что связано с
электричеством. Не потому, что она боялась умереть от удара током, это
было не больно. Но она побывала по ту сторону, не дойдя до конца. Это как
родиться наполовину. Ты и здесь, и там. Никому не смогла бы объяснить
Эльза своё состояние. Поэтому и не пыталась. Она боялась снова увидеть
взгляд той женщины. И в то же время хотела встретить её снова. Чтобы
понять, что там, за вершиной, на которой стояла Она.