Когда дедушка с папой приходили со смены, Эльза бежала к ним с радостными возгласами. Первый из них, кто попадался на её пути, подхватывал её в свои крепкие руки и подбрасывал ввысь. Часто она будет вспоминать то чувство полёта и уверенности в силе и надёжности мужских рук. Но будут в её жизни и другие, совсем не похожие на эти.
- Где это наша кудряшка? Что-то не встречает,- прокричал дед, едва переступив калитку.
- Наверное в своём уголке, вы лучше мойте руки и к столу - ответила бабуля из окна кухни, выходящее во двор.
Пётр прямиком пошёл в недостроенный дом, к лестнице. Он всегда чувствовал, когда что-то неладное происходило с его любимицей. Так и есть. Эльзочка забилась в самый угол, закрывшись большим плюшевым мишкой и тихо плакала.
- Солнышко, что случилось, кто обидел моё сокровище?
Эльза не могла произнести ни слова. Всегда так бывало после общения с матерью. Её крохотное тельце как будто сковывал мороз, миллионы мельчайших иголок кололи её ножки, ручки и в маленькой головке появлялся необъяснимый гул.
Обычно должно было пройти немало времени, прежде, чем она сможет выйти из этого состояния.
В тот день мать, как обычно пришла с дежурства раздражённая и злая. А Эльза, в очередной раз, наивно полагала, что имеет право на объятия с мамой. Но, как оказалось, и не в этот день.
Нина работала медсестрой и училась в мединституте.
Эльза была её вторым ребёнком. Не желанным. Когда она узнала о том, что беременна, тут же записалась к врачу на аборт. Нина, как всегда, решила, что в праве сама решать такие вопросы. Поэтому даже не советовалась с мужем. Но когда тот услышал эту новость, стал возражать.
- Мы вот-вот достроим наш дом. Почему бы не родить сестричку или братика нашей Меланье? - осторожно произнёс он. В основном он так и разговаривал с женой. Осторожно, в постоянном ожидании того, что та может взорваться.
- Ты с ума сошёл! - всё-таки закричала Нина.
- Ты думаешь, что говоришь? Я и так как загнанная лошадь. И учёба, и работа!
- Ты забыла сказать и Меланья, и твои сёстры. Но ведь все заботы о них взяла на себя твоя мать. И чудесно с этим справляется. Потом, я устал об этом говорить: не стоит тебе ещё и работать. Я достаточно зарабатываю, чтобы обеспечить семью. – осторожно произнёс Ник, как называли его все домочадцы.
Это был мужчина, воспитанный в семье, где кроме него было ещё двое сестёр. Но никогда там не звучали повышенные тона. Всё всегда было спокойно и тихо. И поэтому для него было открытием то, что может быть по-другому. После свадьбы он постепенно стал привыкать к тому, что его жена становилась всё громче и громче. Но он любил эту женщину и готов был терпеть. Эта пара познакомилась, когда Нина приехала в село, где жил Николай. После учёбы в медучилище, она поступила на работу в местный медпункт. И сразу же познакомилась с красавцем Николаем, который только что пришёл из армии. Это была любовь с первого взгляда. И после двухлетнего милования прелестями сельской природы, они поженились и уехали в тот город, в котором и планировали прожить всю свою жизнь. Будет ли так, узнаете в процессе прочтения этого романа.
Была одна проблема – маленькие дети не знают, что нужно что-то терпеть. Они начинают сначала плакать, а потом замолкают. Эльза была не исключением. Если она чувствовала в ответ на свои слёзы ещё большее давление, она убегала в свой уголок и там пережидала эту невыносимую боль в душе и теле. Когда она вырастет, она не сможет вспомнить момента из раннего детства, чтобы мать попыталась её успокоить. На Нину слёзы малышки действовали только раздражающе. Конечно же были люди в их семье, которые могли хоть чуть – чуть заглушить боль от раны, нанесённой Эле матерью. Но все были очень заняты. Такие были времена, когда миссия взрослых, в основном, состояла в том, чтобы ребёнок не был голоден, был одет, обут, и не мешал воплощению желаний родителей.
Но были у девочки ещё подруги. Это были её куклы. Самую любимую звали Крошка. Милая кукла с резиновой головкой, с голубыми глазками, вздёрнутым носиком, пухленькими губками. Тело куклы было набито каким-то невероятно мягким наполнителем и обтянуто очень мягким плюшем нежно- жёлтого цвета. Ножки и ручки тоже были резиновые. С Крошкой Эля почти не расставалась. Никто не знал больше секретов девочки, чем эта куколка. Даже Меланья, старшая сестричка, не была для девочки другом. Та была на четыре года старше и с рождением Эльзы была в лёгком недоумении зачем это родители принесли в дом ещё одну дочку. Так будет всегда в их жизни. Никогда они не станут по-настоящему близкими душами.