Выбрать главу

— Мы примерно в двухстах тридцати милях от Лондона, на западе — Лондон. Правильно?

— Да, да, совершенно верно. До Лондона около двух недель езды на лошадях.

— Двух недель езды? Две недели? Что вы говорите? Это всего полдня или день езды. Все зависит от того, на чем вы решите ехать — поездом, автобусом или на машине.

— Вы начали говорить снова такие вещи, которые я совершенно не понимаю.

Сильвия снова получила какой-то толчок, как будто во всем, что с ней случилось, была его вина. Она знала, что это не так. Даже если во всем, что произошло, есть его доля участия, все равно сейчас ничего не изменишь. Ей необходимо еще кое-что выяснить. Она несколько раз хлопнула по матрасу руками. Конечно, по всей видимости это ничего не решит, но может облегчить ее состояние и снимет некоторое внутреннее напряжение.

— Тогда как вы добираетесь до Лондона? — спросила она, хотя инстинкт подсказывал, что ответ не понравится и не удовлетворит ее.

— Верхом и в карете. Некоторые ездят морем или по реке, но я никогда не путешествую по воде на барке или корабле. — Баррик встал, обошел стол, направился в угол комнаты и налил себе чашу вина. — Вы не хотите ли вина?

— Нет. Я хочу получить ответы, а вы не отвечаете так, как я хочу услышать, — она несколько раз глубоко вздохнула. — Каждый ответ, что вы мне дали, либо ложь или…

— Я не лгу, госпожа Пентайн.

— Хорошо, если вы не лжете, тогда вы должны понимать, что для меня очень трудно принять все то, о чем вы мне говорите. Хорошо, еще один вопрос, после которого вы, наверное, подумаете, что я сумасшедшая, но я полагаю, что необходимо задать этот вопрос. Какой сейчас год?

— Какой год?

— Да, какой год? Пожалуйста, вы просто ответьте на этот вопрос, пока я не уточнила сама.

— Год тысяча сто сорок пятый, десятый год правления короля Стефана.

Он нахмурился, когда она повернулась подобно белой тени и бросилась на подушку.

— Дайте вина!

Он наполнил и передал ей чашу.

— Да, я думаю, что самое лучшее сейчас для меня выпить вина, — она выпила залпом и быстро вернула ему чашу назад. — Немного кислое, но только немного. — После того как убедилась, что простыня закрывает грудь, она растерла ладонью лоб. — Вы знаете, я пытаюсь верить в то, что каким-то образом переместилась назад во времени. Но, конечно, это абсурд.

— Иногда абсурд — это все, что имеется для объяснений.

— Или абсурд может быть наиболее приятным вашим выбором. Но человек не может идти назад во времени. Я не могла упасть с утеса в тысяча девятьсот девяносто втором году и приземлиться в тысяча сто сорок пятом!

Баррику не понравился немного взвинченный ее голос. Это указывало на нарастающую истерию. Он сел рядом и снова взял ее руку в свою. Она немного напряглась, ее глаза воинственно блеснули, но он сделал вид, что не заметил этого, и осторожно погладил ее кисть своими руками. Он хотел изгнать ее дикие мысли из головы, но пока не знал, как сделать, чтобы страх покинул ее душу. Ее присутствие было для него большой головоломкой, так же точно как и для нее.

— Лучше приземлиться в другом времени, чем на скалы? — он спросил и решил, что ее улыбка, слабая и неуверенная, была очаровательной.

— Да, я могла проделать этот путь и попасть прямо на камни, — это осознание, однако, мало утешало ее. — Я слышала, что пути господни неисповедимы, но это все-таки очень странно, — она зевнула и решила, что вино было более крепкое, чем показалось вначале. — Мне нужна какая-нибудь одежда.

— К завтрашнему дню вы все получите.

— Хорошо, тогда я попробую искать собственные ответы на все эти вопросы.

— Однако вы не должны делать что бы то ни было в одиночку. Это опасно.

— Вы собираетесь меня держать здесь как пленницу?

— Нет, госпожа. Я хочу сказать, что буду стараться сберечь вашу жизнь.

— Хорошо, не буду спорить с вами, — она снова зевнула. — Я прошу меня извинить. Я не хотела бы казаться грубой и невоспитанной. Просто я чувствую себя очень уставшей сегодня.

Баррик кивнул и встал.

— Отдыхайте. Я думаю, что вам потребуется много сил на следующий день.

Сильвия пристально взглянула на него перед тем, как ее веки тяжело сомкнулись. Хотя он был частью той душевной травмы, которой она подверглась, но дал ей спокойствие. Она была рада, что он не включил ее в число своих врагов. Она знала это определенно.

Часть третья

Сильвия приподняла юбку и рухнула на колени. Она наконец прекратила сдерживать дыхание, жадно втянула воздух в изнуренные легкие. Почувствовала, что воздух, по сравнению с тем местом, где она сидела на корточках, был немного свежее. Это было ее первое вставание с постели после того, как она оказалась в замке. У нее было желание снова вернуться в постель. Она пыталась найти способ уничтожить зловоние в уборной. Это вызывало тяжелейшие ощущения в легких, поскольку ей приходилось задерживать дыхание каждый раз, когда она ходила туда.