— Поскольку на данную минуту человек неспособен понять, что означает истинный разум, было бы опасно передавать клетки памяти одного другому, — незаурядно и честно прозвучал ответ Артура. В глазах Вячеслава появился некий восторг, отражавшийся глубоким непониманием в глазах Егора. — Было бы непростительной ошибкой отдать людям власть, не знающим, как правильно ее применить. Недостаточно развитый мозг в некотором роде не способен будет принять нечто новое. Прямые исследования мне не доводилось проводить, но смею заверить вас, что на данный век такого компьютера, как капсула, достаточно.
— Считаете, наше поколение обречено? — слишком озабоченно спросил Егор.
— Уровень деградации нынешнего поколения достиг своего наивысшего коэффициента. Как бы прискорбно не звучали слова, но помочь исчезающему виду не в моих силах. Не я унизил поколение разобщенных людей, тщетно коротающих жизнь в телефонах и носителях. Не я посеял хаос, предпочитая общение техническому прогрессу. Пока человек не захочет сам изменить условия существования, ни один ученый не способен внедрить в познание бездарных людей высоконравственный потенциал и оценку своей собственной личности, и заменить невежество интеллектуальным развитием. Спасти от гибели наркомана способен сам зависимый. Именно этого принципа придерживается способный человек — дает свободу выбора.
Артур вдруг обратил внимание, как десятки глаз смотрят на него. Его охватило непримиримое чувство покинуть прием и раствориться в толпе, но деревянные ноги, точно корни пустили, продолжали не двигаться.
— Вы достаточно вольно излагаете свое мнение, Артур, — раздался женский голос позади самого Артура. Взгляды людей мгновенно обратились в сторону стремительно приближающейся личности. — Осторожнее, невежественные люди могут осудить вас за каждую неправильно произнесенную реплику, сорвавшуюся с ваших губ, в их присутствии. – Глаза незнакомки горели алчным огнем. Она с наслаждением произносила слова и чутко наблюдала за окружившей их публикой. — Вы вправе отказать в помощи утопающему, но как быть с теми, кто желает быть спасенным?
— Тебе не обязательно вступать в дискуссию, — прошептал Вячеслав на ухо Артуру. Все его тело сгруппировалось, будто бы он встал в стойку, готовый броситься на защиту ученого в любую минуту. – Она провоцирует тебя.
— Все в порядке – заверил Вячеслава Артур. — Заслужить. — Ответ прозвучал, как пощечина, в унисон с приглашением занять свои места в зале.
— Уважаемые господа! — обратился к собравшимся зрителям Егор, указывая им рукой, куда следует пройти. — Спектакль окончен.
Трое мужчин прошли в ложу. Они молчали, вглядываясь в программу балета. Время тянулось омерзительно долго, но разговор так и не развязался между Артуром, Вячеславом и Егором. Наконец, погас свет и занавес открылся. Публика ликовала, приветствуя и торжествуя.
Должным образом стоит заметить, что балет увлек молодого ученого. Даже более того, он был очарован классической хореографией, пируэтами, револьтадами. Его поразили четкие движения основного состава балета, делая акцент на грацию главной балерины, исполняющей роль Сюзанны. На мгновение Артуру показалось, будто он испытал непонятную зависть к танцору, выступающему в роли Фигаро. Он отчего-то представил себя на месте балеруна, сжимающего в объятиях хрупкую девушку. Нет, не она привлекла его, его изумил танец движения в унисон и ее изящные руки. Ничего прекраснее Артур не мог увидеть. Он быстро открыл программу и прочел имя прекрасной девы. Затем поспешно закрыл проспект и продолжил любоваться балетом.
— Поланская напомнила мне вас, Артур, — произнес на выходе из ложе Егор. — Отдается своему делу целиком, стремительно очаровывая публику своей грацией, и не замечает никого вокруг. Только способный и талантливый человек может позволить носить себе маску уродства.
— Что-то есть правильное в твоем сравнении, — поддержал друга Вячеслав. — Балерина своего века.
— Игра ее действительно достойна похвалы, — согласился Артур. — Но коль ее характеризуют лишь изящные движения и ничуть не преуменьшают ее роли публичной личности, возможно, будет слишком опрометчиво ставить клеймо уродства. Вы не думали, что человек устал от чрезмерного внимания?
— Что ж, — изобразил подобие улыбки Егор. — У вас будет возможность лицезреть сие безобразие лично. Было обещано присутствие под занавес вечера основного состава.
— Не уверен, что у меня есть время разбираться в личностях, — отрешенно произнес Артур, глазами спрашивая у Вячеслава, мол, не пора бы им двоим покинуть театр. Отрицательный ответ головой пробудил усталость у Артура.