***
Не найдя Айдан в доме, она взяла велосипед, одолженный у Эрдема и направилась к особняку Элы. Хранительницы не оказалось поблизости, и, доставка ключ, который та вверила ей, Эда по-хозяйски открыла дверь и вошла в дом.
1931 год. - Эла, нам с отцом нужно серьезно поговорить с тобой. - взволнованно, проговорила Эврим, заламывая пальцы. Они спустились вниз, где в кабинете их уже ждал полковник. - Присаживайся и внимательно послушай меня. - наливая себе бокал коньяка, сказал он. - Дженгиз Кёроглу попросил разрешение на помолвку и дал ему своё согласие. - Мы уже говорили на эту тему с Дженгизом. Он уважает мои чувства, и мы решили, что останемся друзьями. Он настоящий джентльмен. - поспешила объясниться девушка. - Эла, послушай сначала отца. - перебила Эврим. - Господин Кёроглу очень богатый человек. Он получил баснословное состояние от своего отца. - продолжал полковник. - Он выгодная партия для тебя. - вкрадчиво подчеркнула женщина. - Совсем скоро он попросит твоей руки, и мы назначим день свадьбы! - безапелляционно заявил Хакан. - Я не пойду за него замуж, отец! - встав со стула, решительно и бесстрашно ответила девушка. - Ни за какие сокровища мира! - Эла, следи за своим языком. - предупредил полковник, понижая тон голоса так, как это обычно бывало в том случае, когда его терпение заканчивалось. - Я не хотела никого обидеть. - объяснила она. - Я просто не верю в брак без любви. Я не люблю Дженгиза. - Не говори глупостей. - усмехнулся мужчина. - Эту любовь придумали писатели, а вы, глупые и наивные создания, верите в то, чего нет. Семья важнее всего! - Я верю в любовь. - не унималась Эда. - У вас женщин мозг наверное размером с блоху. Как ты смеешь со мной так разговаривать? - заорал он. - Совсем стыд потеряла?! Послушай меня и помалкивай, когда я с тобой говорю. Не понимаю, за что Господь наказал меня этим безмозглым созданием вместо сына. - процедил сквозь зубы полковник, глядя в глаза дочери. - Не говори так! Это грех! - вмешалась Эврим. - Грех - это непослушание отцу. Я сказал ты выйдешь за него, и ты выйдешь! Иначе останешься на улице, как и твоя мать. - Ты посмеешь выгнать нас из дома? - гордо вздёрнув подбородок, бросила вызов Эда. - А мне не придётся ничего делать для этого. Мы разорены. Так что, если не хочешь подумать о себе, не хочешь подчиняться мне, подумай о своей матери. Я всю жизнь работал, содержал семью и никого из вас не заботило каким трудом мне это достаётся. Вы с матерью не знали нужды. Образование, еда, лучше наряды, уютный дом и никого не интересовало на что мне приходится идти ради этого. Ты пытаешься говорить со мной на равных, что ж давай! - бросил ответный вызов полковник, стоя с дочерью лицом к лицу. - Я делал для этой семьи всё, что мог двадцать с лишним лет. Если ты считаешь себя равной мне, как эти феминистки с запада, внести свою лепту. Сейчас наша комфортная жизнь зависит от тебя. Покажи, что ты равна мне. Позаботься не только о личном благе, но и о благе всей семьи, как это делал я долгие годы. - Мы будем работать. - выпалила Эда. - Работать? - усмехнулся Хакан. - И кем ты собралась работать? Ты ни черта делать не умеешь. Ты всю жизнь прожила со служанкой. Даже воды себе нагреть не сможешь, чтобы помыться потому что не знаешь, как растопить печь. Тебя не возьмут даже прислугой. Единственный наш шанс удержаться на плаву и не остаться на паперти с протянутой рукой это твой брак с Дженгизом Кёроглу. - Положение нашей семьи ухудшается с каждым днём. - подтвердила Эврим. - И я вынуждена согласиться с твоим отцом. Мы обе не приспособлены к самостоятельной жизни. Все наши знания и умения не могут принести нам доход. - Всё, что ты сейчас узнала в этой комнате не должно выйти за её пределы. Никто не должен узнать о нашем положении. - строго предупредил Хакан. - Я пытался взять кредит, но мне не дают, потому что они знают, что мне нечем его выплатить. Я уверен, что когда мы объявим о твоей помолвке с господином Кёроглу, то многие банкиры пойдут мне навстречу, и я смогу спасти нашу семью. - Мы все должны чем-то пожертвовать. - проговорила Эврим, обращаясь к дочери. - Да? А чем пожертвуете Вы, если на заклание как жертвенного барана кладут меня? - отчаянно спросила она и почувствовала как душащие слёзы обиды и безысходности подступили к глазам. - Хватит прибедняться! - ударив кулаком по столу, рявкнул полковник. - Какая же ты неблагодарная... - прошипел он. - Я нашёл тебе идеального кандидата. Мужчина влюблён в тебя без оглядки. Дженгиз не какой-то там старый страшный калека, а молодой и привлекательный мужчина, за которым женщины в очередь выстраиваются, а ты нос воротишь. Я не прошу тебя об одолжении. Я приказываю! - сказал он и вышел из кабинета, оставив дочь в полной растерянности. Современные взгляды Элы боролись с тем, как видела эту ситуацию сама Эла. Ей удалось прочувствовать всё смятение, которое пережила девушка. - Так вот что произошло... - прошептала Эда. - Неужели Эла уступила? - Твой отец прав. - тихо проговорила Эврим, вырывая Эду из мыслей. - Забудь свой книжный роман. Дженгиз благородный человек, и ты будешь счастлива с ним. - Маменька, как ты можешь так говорить? Ты же знаешь, что я люблю Серана. - На этот раз я не могу тебе помочь, Эла. Твоё замужество – это единственный шанс для нашей семьи выбраться из руин. Я связана по рукам и ногам. Хакан мой муж, и я обязана ему подчиняться, понимаешь? - Эда кивнула ей в ответ, вспоминая, что перед ней стоит не тётя, а женщина из другой эпохи. Эпохи, в которой женщины были бесправны. Эврим вышла из кабинета, оставив девушку в глубокой задумчивости. Часы вновь начали отбивать знакомый ритм. Пора возвращаться...