***
Меряя шагами мастерскую матери, Серан изводил себя мыслью, что могло произойти. В дверь тихо постучали, и на пороге появился Ферхат. - Она думает, что у меня другая женщина? - опешил Серан, выслушав мужчину. - Но это бред! - вскочив с дивана, возмущённо воскликнул он. - Успокойся. - усадив мужчину обратно, попросил Ферхат. - С ней Дженгиз. Скоро всё прояснится. - Я знаю он хороший друг и не раз уже помогал нам выйти из трудной ситуации, но я сам должен поговорить с Элой. - Надеюсь, что у тебя получится. - положив руку ему на плечо, проговорил мужчина. - Дженгиз сделает всё, чтобы отстоять твоё честное имя. Дай ей время успокоиться. Не подливай масла в огонь. - Добрый день, Фархат. - поздоровалась Неслихан, спускаясь со второго этажа. Ты не мог бы оставить меня наедине с сыном. - Добрый день, госпожа Боз. Рад встрече. - учтиво поклонился он. - Конечно. Я уже сказал всё, что должен был. - Я слышала ваш разговор, Серан. - начала женщина, когда за гостем закрылась дверь. - Да, мой дорогой, Эла великолепная девушка, но она дочь полковника Хакана Йылмаз. И раз уж судьба сама покончила с этими невозможными отношениями, ты должен это принять. Забудь её! - почти приказала Неслихан. - Я никогда не откажусь от Элы. Мама, это совсем не то, что было прежде в моей жизни. Я люблю её. - Если полковник узнает, что ты помогаешь Фифи и её сыну, он прикажет убить тебя. Этот мужик и без того точил на тебя зуб. - Я предельно осторожен, но не могу оставить Фифи в беде, как это сделал он. Он обещал золотые горы, сделал ей ребёнка, а потом бросил, оставив бедняжку с ребёнком и без денег. Фифи больна. Если я ей не помогу, этот мальчик останется сиротой. - Ты думаешь Эла поверит, что между вами ничего нет? Весь город болтает о том, что это твой сын. Я знаю, что тебе наплевать на злые языки, но Эла провинциальная девушка, какими бы прогрессивными взглядами не обладала. Таким трудно понять столь свободные отношения. Тем более, что между тобой и Фифи был роман в прошлом. - Эла знает, что я не был монахом до нашей встречи. Наш роман с Фифи остался в далёком прошлом. Теперь мы с ней хорошие друзья, и я не могу оставить друга в беде. Это низость и трусость. - И как ты планируешь объясниться перед ней? Скажешь правду, что Фифи любовница её отца, а этот мальчик её сводный брат. Ты подпишешь себе смертный приговор. Я не хочу тебя потерять! - воскликнула женщина. - Этого не случится. - заверил Серан. - Я и представить себе не могла, приезжая в этот проклятый город, что ты свяжешься с этой девушкой и станешь врагом такого ужасного человека как Хакан Йылмаз. Он военный. Убить врага для него ничего не стоит. А ты для него враг номер один, покусившийся на самое драгоценное. Ты должен уехать в Европу. - требовала женщина. - Выбирай любой город. - Мне жаль, но я не убегу и не стану сидеть сложа руки, глядя на то, как рушится моя жизнь.
***
Они стояли перед воротами особняка. Дженгиз взял девушку за руку и подбодрил: - Пусть тебе сейчас и больно, но ты наконец освободишься от этого человека, который всех нас обманул. Помни о том, что я тебя люблю и терпеливо жду того дня, когда ты сможешь увидеть во мне не только друга. - Спасибо за поддержку, Дженгиз. Мне пора. В гостиной девушку встретила Эврим. - Дочка, где ты ходишь? Ты забыла кто к нам сегодня приезжает? - спросила она, усаживая девушку рядом. - Что? - переспросила Эда, мысли которой были в другом месте. - Эла, надеюсь ты была не с Сераном, твой отец... - С Сераном покончено, маменька. - перебила её девушка. - Я была с Дженгизом. Мы случайно встретились на улице и немного прошлись, так что не думаю, что папенька будет сердиться. - Надеюсь он и не заметит. Он поехал встречать её на вокзал, хорошо, что ты вернулась раньше. - Поезд как всегда задержался. - раздался голос полковника из коридора. - Проходи, мама. - Эда обернулась и застыла от удивления. Перед ней стояла хранительница и смотрела на неё всё тем же проникновенным взглядом. - Не поздороваешься с бабушкой? - спросил мужчина. Седовласая старушка в элегантном наряде протянула ей руку. Девушка, всё ещё не обретя дар речи, подошла и поцеловала её ладонь, приложив затем ко лбу. - Эла, ты такая худая, какая жалость. - высокомерно заявила старушка. - Эврим, это твоя вина. От моей внучки остались одни кости, а мужчины не собаки, на кости не бросаются. - Добро пожаловать в наш дом, дорогая свекровь. - растянув лицо в притворной улыбке, ответила женщина, игнорируя колкости пожилой дамы. - Не хотите ли присесть, госпожа Семиха, или желаете освежиться перед обедом? - Я измождена. Поезд всю дорогу трясло. Чувствовала себя сардиной в консервной банке. Пойдём со мной, Эла. Поможешь мне распаковать вещи. - приказала она, застывшей девушке. - Такая тощая… Она у вас даже еле шевелится. Я это исправлю! Что вы наговорили про меня этой девочке, она смотрит на меня как на приведение? Пошли со мной, я не кусаюсь. Только, если на меня нападут. - пошутила старуха и рассмеялась своей же шутке.