Это чудовище, звхватившее все мысли и чувства. Заставляюшее отбрасывать в сторону всякую логику. Каланмис сказал — мы были бы отличной парой. Во имя Хеля, никогда! Даже если… если бы… это было бы не "мы" а два упрямых "я". И ведь это именно то, что нужно ей, девочке, которая пьет жизнь до дна, не задумываясь, что, быть может, там отрава.
Ускользающий и мучительный образ. Ненавижу её за… за то, что она есть. За то, что её нет со мной. Многое было бы проще, если бы Вельзевул не приволок девчонку в МУМИ.
Слишком много "если".
ЛАЭЛИ
Дома я выполняла любимый трюк постовых — спала стоя. Прислонившись к мраморной черно-лиловой плитке в душе. В полусне услышала легкие шаги Зармике, но не придавала им никакого значения… пока поток воды не стал ледяным.
— Если хочешь быть здоров, закаляйся, — пробормотала, не меняя позы. — Если хочешь закаляться, спроси у темной эльфийки, как.
Дроу фыркнула и вышла, хлопнув дверью.
— Ты, видимо, забыла о наших планах на сегодня?
Планах? О, демон. Сон потеснился, впустил остальные мысли в голову. Вздохнула, выключила воду, завернулась в теплое мохнатое полотенце.
И правда, меня слишком вымотал ритуал. Я собиралась навестить Ёрс, точнее — монастырь. Еще точнее — библиотеку настоятеля, пролистать ту занимательную книгу с описанием чар, позволяющих исследовать чужие сны. Зармике вызвалась меня сопровождать, и сейчас я поняла, что предложение подруги было совсем не лишним — я не в состоянии открыть портал до Ёрса.
— Уже вспоминла. Только я выложилась.
— А я нет, — обстоятельно возразила подруга. — Если мы сейачс никуда не пойдем, совесть заставит меня повторять материал курсовой. А я не хочу.
Разве есть в мире аргумент, более веский, чем слова "не хочу", особенно произнесенные капризной и своевольной магичкой?
Подглядывая в листочек с координатами мира, Зармике медленно составляла формулу для открытия портала. Я заскучала, присела в тени менгира. Уже вечерело: думаю, темнота нам только поможет… что-то не хочется напоминать обитателям монастыря о своем существоании. Свела плечи — неожиданно засаднило кожу на тонком белом шраме от клейма. Память тела, ненависть и страх, которые куда сильнее магии. Это возвращение в монастырь было так же нужно мне самой, как и Алхасту: как придти на свою могилу.
Горло мгновенно пересохло при воспоминаниях о костре, лижущем кожу, вздувшуюся пузырями. Это было больно. Но еще больнее — с каждым днем я вспоминала всё отчетливее эти моменты — было видеть янтарно-желтые глаза в толпе. Равнодушные. Я знаю, что это был не Дар, что демон-скупщик в то время завладел его телом, но… Это страх. Как он сказал — "слишком заманчиво". Да, и — ах, если бы Дар догадывался о причине, по которой я не могу смотреть прямо в его глаза. Я хочу, стобы он догадался — но сказать сама не смогу.
Здравого смысла мне не хватает — несмотря на такие серьезные заявления типа "я больше тебе не верю", я готова кинуться в очередную авантюру, то есть — влюбиться в дроу. Между нами стоит так много: его ложь, мои предрассудки, наши общие тараканы в голове. Кстати, можно ли устраивать тараканьи бега, если они находятся в разных головах?
И всё это можно смыть потоком чистой воды, ниагарским водопадом — стоит лишь добавить пару граммов искренности. Все проблемы от того, что люди не разговаривают друг с другом…
— Лаэли, очнись.
Приподнялась, отряхнула джинсы, отставила в сторонку бесполезные размышлизмы. Добро пожаловать в реальность.
Портал, с таким трудом открытый моей чернокожей подружкой (привыкла я что-то ошиваться в обществе опытных Архимагов, расслабилась), привел нас прямо к стенам монастыря. Затем она же создала небольшого почтового голубка из плазмы, отправила послание по указанному адресу — то есть по отпечатку ауры.
— Что дальше?
— Подождем, — снова бухнулась на траву, растянулась, глядя на облака. — Я хочу быть небом.
— Необъятной? — хихикнула эльфийка. — Могу предложить пирожные. А, если ты имеешь в виду оттенок нежной синевы, то ты уже была небом полчаса назад, под душем.
— Ты меня не уважаешь.
Вместо ответа, девушка наклонилась и поцеловала меня в губы. Серебряные локоны упали на лицо, защекотали шею…
— Кх-м! — громко сказал кто-то, прервав поцелуй.
— Привет, Амурчик, — я оперлась на локоть и стрельнула глазами в сторону пухлощекого ангела любви. Тот стоял в паре шагов, уперев руки в бедра — и был явно недоволен увиденной сценой.
— Кого ты еще притащила?
— Это Зармике, моя однокурсница.
— Ах, теперь это так называется.