1
Сессия. Кому-то это слово могло внушить панический ужас. Кому-то, но не мне. Да и как может что-то напугать человека, которого подняли с кровати среди ночи и по задымленным коридорам, а после через обрушающийся тайный ход вывели на берег реки. Там меня ждали наш дворецкий, еще один старый слуга и мама. Отец остался в горящем замке, выйти из которого не было больше никакой возможности. Снаружи его осадили королевские войска, а тайный ход… я была последней, кто прошел по нему. Нянюшка передала меня матери, а после и сама забралась в лодку. И мы поплыли.
– Лисса, – голос Кейлин, соседки по комнате, заставил вздрогнуть. Мыслями я была далеко, на реке, в старой лодке. – Лис, дай конспект по смертельным проклятьям. Тебе же уже все равно поставили оценку. А я пропадаю…
Последнее слово она провыла, словно прямо сейчас обратиться в призрак.
Равнодушно пожав плечами, достала из ящика стола конспект. Если он кому-то поможет, отлично. Редко кому удавалось понять мою скоропись.
– Спасибо, Лиска, – она схватила тетрадь и куда-то умчалась. Я только покачала головой. Скоро прибежит обратно, да не одна, а в компании таких же талантливых адепток, как сама. А мне придется расшифровывать им содержание конспекта. И все потому, что кому-то лень на первую пару приходить.
Обычно я не такая, но сегодня накатило. А в такие дни я крайне необщительный человек. Хуже, я начинаю ненавидеть окружающих. Так что выбора не оставалось – набросив на плечи теплый плащ, я поспешила покинуть территорию академии. В главном зале что-то активно обсуждалось, но мне было все равно. Сейчас единственное, чего мне хотелось, это остаться наедине со своими мыслями.
Ноги сами привели меня в уютную гостиницу на одной их тихих улочек. Чистый уютный зал, несколько гостевых комнат этажом выше, сытная еда и качественные напитки. Хозяин давно знал меня. Когда-то мы, люди практически без средств к существованию, искали себе не дорогое, но приличное жилье, и, тогда еще хозяин небольшой таверны согласился приютить нас. Мама и нянюшка устроились работать на кухню, слуга добровольно вызвался смотреть за лошадьми. Дворецкий нередко подменял хозяина у стойки или разносил заказы. Взрослым пришлось научиться новым профессиям, а мне… Мне тогда едва исполнилось десять лет. Но я тоже помогала, чем могла. Чистила обувь, убирала комнаты, провожала постояльцев.
– Миледи, – едва я вошла в зал, ко мне подошел благообразный старичок. – Позвольте ваш плащ.
Я улыбнулась, а глаза на миг защипало. Лионель, наш дворецкий, последний, кто остался со мной в этом мире. Не стало нянюшки, матушки, Артур, наш слуга, женился и уехал. Только старый добрый Лионель все также работал на этом месте. Правда, теперь все его обязанности сводились к тому, чтобы встречать гостей, вызывать носильщика или подзывать извозчика. Возраст не позволял выполнять более сложные обязанности, хозяин давно намекал, что старик может просто спокойно доживать свой век, развлекая историями о бурной молодости поварих и служанок, но он не мог иначе.
Но не сейчас. Сейчас, подхватив мой плащ, он направился в свою комнатку на этаже для слуг. Я кивнула хозяину, стоявшему за регистрационной стойкой, и последовала за бывшим дворецким. Можно было не сомневаться, скоро нам принесут легкий эль, горячее и салат.
– Иллисса, девочка, – мужчина обнял меня крепко, словно не было за спиной ни прожитых лет, ни тяжких испытаний. И только оставаясь наедине, он позволял себе звать меня по имени. А я… я тоже называла его не так, как когда-то раньше.
– Здравствуй, дедушка.
Он внимательно посмотрел на меня, покачал головой.
– Ох, Лиса, Лиса, сессия, а ты по городу бегаешь, вместо того, чтобы учиться.
– У меня почти все сдано. Только два экзамена, но до них еще неделя.
Что правда, то правда, я любила учиться. Хотя бы потому, что видела в полученных знаниях способ вернуться и, нет, не вернуть земли, титул и положение, а отомстить. Но я ни с кем не делилась своими мечтами. Лионель не одобрит, а остальным все равно, что ждет нас дальше. Адепты Академии проклятий после выпуска становятся мелкими чиновниками. Кому какое дело, что ждет одну из таких вот мелких сошек в будущем. Наверное, только их близким. А у меня почти никого не осталось. Не станет моего дедушки, и я останусь одна. Иллисса Тарьен, девица шестнадцати лет. Впереди у которой скучная работа за скромное жалование, жизнь в маленькой каморке под крышей или, напротив, в полуподвале, и никакой надежды на личную жизнь. Будь все иначе, я бы блистала на балах, а моей руки просили, нет, на герцогов и принцев я не надеялась, но маркизы, бароны, виконты для своих сыновей.