— Ты уже много лет у меня на службе и всё ещё не научился скрывать свои эмоции. Это, кстати, одна из причин, почему именно ты являешься моим первым заместителем, а не, к примеру, ВторойПослеВторого или ТретийПослеВторого. Поначалу я считал данную особенность признаком слабохарактерности и даже намеревался понизить тебя в должности, но со временем понял, что благодаря ей могу читать твои мысли. — Многозначительно помолчав, он добавил: — Нет, я неправильно выразился — не мысли, а чувства. Твоя неспособность контролировать реакции собственного организма помогает мне определить, говоришь ли ты правду или нагло врёшь.
— Я бы никогда не посмел солгать Вам! Это немыслимо! — поспешно выдохнул поисковик и вдруг, к своей досаде, ощутил, как гребень приобрёл окончательную твёрдость. Он не мог видеть себя со стороны, но знал наверняка, что эта часть тела окрасилась тёмно-багровый цвет.
Второй расхохотался и, указав рукой на его голову, воскликнул:
— А вот и подтверждение моих слов!
— Вам же хорошо известно, что моя преданность не знает границ!
— Ладно… Успокойся. Насчёт лжи я пошутил.
— Спасибо за доверие!
— Если желаешь научиться контролю и терпению, то бери пример с меня: знаешь, что мне больше всего хотелось сделать уже с первой минуты твоего рассказа, но я не позволял себе, пока не дослушал всю историю до конца?
— Никак нет.
— Достать из моего сейфа блок памяти и проверить с помощью этого прибора! — Начальник кивнул в сторону мобильного сканера, который его подчинённый поставил на стол, перед тем как начать доклад. Рядом с ним лежали два идентификатора — Линды Тояма и Боло Рамиреса.
— К сожалению, устройство не способно выдать нам подробные данные о носителе…
— Знаю. Ты уже известил меня, но малая толика информации всё же лучше, чем вообще ничего. И теперь наконец-то пришла пора раскрыть тайну!
После коротких манипуляций с шифром сейфа и звонкого щелчка открывшегося замка в руке Второго появился тёмный цилиндр, и он, долго не раздумывая, вставил предмет в гнездо прибора. Экран сканера засветился, и перед заинтригованными взорами полицейских предстала следующая надпись: «андроид мужского типа, имя носителя — Конрад, гнездо — Рамирес, личный номер по классификации Центрального Марсианского Архива — 2043».
— Проклятье! — выпалил главнокомандующий поисковиков, с силой ударил кулаком по поверхности стола и смачно выругался. Вся его хвалёная способность к контролю исчезла в один миг. Он резко вскочил с кресла и принялся ходить взад и вперёд по кабинету.
Ремар уставился на него, не веря собственным глазам. Ему ещё не приходилось видеть своего руководителя в таком возбуждённом состоянии.
— Вы ожидали другой результат? — осторожно поинтересовался он.
— Заткнись! Не мешай мне думать! — огрызнулся Второй, однако спустя пару минут всё же успокоился, снова плюхнулся в кресло и, угрюмо посмотрев в потолок, пробормотал: — Сплошные неудачи… Как будто кто-то испытывает меня…
Потом, словно неожиданно вспомнив о присутствии в помещении ещё одного человека, он перевёл взгляд на него и сообщил:
— Я надеялся, что носителем идентификатора окажется Кай Руссов. — ПервыйПослеВторого чуть было не проговорился, что этого не может быть, поскольку Кай — человек, но вовремя остановился (ни в коем случае нельзя допускать возникновения у Второго даже мысли о том, что ему известны такие подробности!) и ощутил, как вниз по спине заструились капли холодного пота, а его собеседник, так и не заметив кратковременного смятения подчинённого, продолжил свою речь: — Он составил летопись событий, произошедших с членами исследовательской экспедиции, и именно ему принадлежит голос, сохранённый в памяти кристалла мнемомодуля. В тот момент, когда производилась запись, в живых осталось только двое: сам рассказчик и капитан боевых андроидов Конрад Рамирес. Кай считал себя человеком, но, так как оба выживших имели совершенно одинаковые инициалы — «КР», я усомнился в этом, когда увидел номер КР2043 на одном из двух идентификаторов, да и некоторые моменты в его истории натолкнули меня на мысль, что в действительности он был андроидом. Похоже, насчёт него я всё-таки заблуждался…
— Что это значит для нас?
— Точное местонахождение ангара знал только Кай Руссов.
— Выходит, идентификатор Конрада бесполезен?
— Не совсем так… — Второй откинулся в кресле и задумчиво потёр лицо руками. — Когда Кай Руссов записывал свой рассказ на мнемомодуль, капитан был ещё жив. Может быть, блок памяти Конрада содержит воспоминания о том, что произошло с Каем уже после того, как он закончил запись?