Выбегавшие на звон колокола очумевшие защитники быстро становились трупами не замедляя нашего продвижения. Нашей целью была ратуша, на чьей башне надрывался колокол. Чуть больше минуты нам потребовалось что бы достичь здания и с удивлением обнаружить не запертую дверь из которой выскакивали полуодетые вооруженные люди. Стальной клин дружины мгновенно вбил неразумных обратно в здание расплескав вокруг кровавые брызги и начал зачистку. Я едва успел дотянуться до одного пирата коротким копьем, как передо мной уже не осталось живых врагов.
Увлекаться личным участием в резне не успевшего опомниться противника я не стал, кто то должен был руководить процессом, кому махать мечом, хватало. Впрочем, лишний раз объяснять и что то указывать дружинникам не требовалось, все все прекрасно знали и умели. В пять минут, здание было зачищено, было взято почти десяток пленных разумно решивших сдаться. Странно, я думал будет меньше, мне бараханцев описывали как кровожадных и необузданных бойцов, но как видно и среди них присутствовали разумные люди, или, скорее всего, мне попались не бойцы, а кто то из руководства, или клерков, а среди них, отморозков и отчаянных храбрецов всегда было немного.
Поставив всех рядком в главном зале на колени, я с помощью переводчика устроил им допрос. Информация для нас играла не меньшее значение, чем темп операции.
— Мне нужны ответы на вопросы, я их либо получу, либо здесь прибавится трупов, а нужные мне сведения я всё равно узнаю, вы не единственные, кому будут заданы вопросы и ответы будут сверены между собой. За ложь, будет только одно наказание — смерть!
Церемониться не было никаких резонов, да меня бы не поняли мои собственные люди, начни я цацкаться и торговаться. А осознание того, что я имею дело с пиратами, либо их пособниками, полностью развязывало руки в моральном плане.
Храбрецов и идейных борцов за веру не желающих сотрудничать с захватчиками, среди пленных не оказалось. Все кто на такое был бы способен, валялись вокруг остывающими трупами. Говорили все, к кому бы я ни обращался, часто указывая друг на друга, как более сведущих в том или ином вопросе. Пять минут и я знал всё что хотел.
В городке сейчас находилось до полутора тысяч бойцов из команд пиратских кораблей. Из них, пара сотен на кораблях, остальные в тавернах и прочих домах. Две сотни из команд торговцев, половина из которых ночевала в городе. И еще, пол сотни рудничных стражников прибывших за свежими рабами для рудников, почти две сотни которых томились в рабских казармах. Городская стража, насчитывала всего сотню и еще до двух сотен городских жителей способны были взять в руки оружие для своей защиты. Всего выходило чуть больше двух тысяч человек способных оказать сопротивление. Солидная сила, но только если дать ей время подготовиться, чего бараханцам никто не собирался давать. По звукам доносящимся с улиц я слышал о продолжающихся боях, впрочем, быстро отдаляющихся. Действенного сопротивления стоило ждать лишь от пиратов, да немногих неадекватов не способных понять расклады. Никаких ненужных сюрпризов, к счастью, в городе нас не поджидало, но расслабляться всё равно было рано. Оставив при себе десяток, я продолжил допрос.
Вторым по важности вопросом, было время прибытия конвоя вывозившего с рудников добытый металл, в первую очередь — серебро. Количество задействованных кораблей, численность бойцов. Таких оказалось пять с тысячей бойцов, их прибытие ожидалось со дня на день, точной даты пленники не знали. По имеющимся сведениям, конвойщики были высококлассными бойцами и получить еще и их до кучи, было бы не желательно. Никого больше в Сарантойю не ожидалось.
На вопрос, сколько в окрестностях обитает пиратов, получил неприятную цифру в десять тысяч и до сотни кораблей, правда разбросанных по множеству бухт и прибрежных городков с островами. Мы рассчитывали на не более чем пять тысяч, но поделать с этим уже было ничего нельзя. Оставалось надеяться, что они не успеют вовремя собраться, что бы составить нам реальную угрозу.