Он снова захлопнул тетрадь и откинулся на спинку стула. За дверью слышались привычные звуки просыпающегося ЖЭКа – кто-то шёл по коридору, грохоча вёдрами, слышался далёкий стук дверей и приглушённый разговор. Михаил чувствовал, как вокруг продолжается скучная, размеренная жизнь, а у него в руках теперь было средство, способное эту жизнь встряхнуть и сделать ярче.
Бывший олигарх встал и прошёлся по комнате, словно проверяя себя на твёрдость принятого решения. Он ясно осознавал, что уже переступил черту, за которой начиналась совершенно новая жизнь – дерзкая, творческая, полная риска и азарта. Назад дороги не было, но это его совсем не пугало.
Он вернулся к столу, взял тетрадь и внимательно посмотрел на написанные слова. Тот самый сантехник с его нелепой ухмылкой, томная домохозяйка, их смешные диалоги и двусмысленные сцены – всё это теперь казалось ему не просто забавной выдумкой, а настоящим творческим вызовом. Он чувствовал себя режиссёром собственного абсурдного спектакля, который готов был разыграть на глазах у изумлённой советской публики.
– Ну что, Михаил Борисович, пора начинать кастинг, – с азартом прошептал он сам себе, ощущая, как внутри закипает нетерпение.
И, улыбаясь своим мыслям, Михаил понял, что это не просто новая идея – это важнейший шаг в его новой, неожиданной, полной авантюр жизни.
Михаил твёрдо решил не терять ни минуты и принялся за подготовку своего смелого проекта немедленно, прекрасно понимая, что самое важное сейчас – найти подходящих актёров. Прежде всего ему требовался настоящий сантехник, и не «просто сантехник», а такой, чтобы и фактурой подходил, и характером обладал живым и непосредственным. Михаил мысленно перебирал знакомые лица, но пока никто не вызывал абсолютной уверенности.
Зато с домохозяйкой дела обстояли куда веселее. Тут Михаил явно мог разгуляться, выбирая между знакомыми девушками, бывшими сокурсницами и даже жёнами соседей по общежитию. Он уселся за стол, достал новую тетрадь и принялся сосредоточенно выводить имена и короткие характеристики.
– Значит так, кто у нас есть? – проговорил он вслух, постукивая карандашом по подбородку и прищуриваясь с хитрецой. – Ленка из третьего корпуса. Хорошенькая, фигуристая, только характер уж больно взрывной, как бы сантехника не съела на первом дубле. Может быть, и к лучшему – правдоподобно получится. Надо записать.
Тут же в тетрадке появилось: «Ленка – взрывная, съест сантехника живьём». Михаил улыбнулся, оценив комичность собственной записи, и продолжил:
– Светка Кудрявцева. Вот уж кто идеальная кандидатура на роль томной домохозяйки. Блондинка, глаза глубокие, голос мягкий. Она в институте в театральном кружке выступала, так что, можно сказать, почти профессионалка. Единственный минус – муж боксер. Может не понять художественного замысла и устроить съёмочной группе персональный спектакль. Тоже запишем.
Светка заняла вторую строчку списка с пометкой «томная, муж-боксёр – рискованно». Михаил усмехнулся, перечитывая написанное, и снова задумался, постукивая карандашом о столешницу.
– А вот ещё Наташка, – сказал он сам себе. – Тихая, серьёзная, библиотекарша по образованию, но во взгляде огонёк тот ещё. Внешность скромницы, а вот начнёт говорить – хоть уши затыкай. Актерские данные не проверены, зато потенциал очевидный. Возьмём на заметку, авось раскроется перед камерой.
Имя Наташи легло в список с короткой характеристикой «скромная библиотекарша с потенциальным огоньком». Михаил довольно оглядел три записи, чувствуя, как внутренний азарт всё сильнее разгорается в груди.
Теперь оставалось разобраться с главным героем. Тут на ум неожиданно пришёл Сергей Петров – его друг и сосед по общежитию, который вечерами работал киномехаником в местном кинотеатре «Новороссийск». Михаил хорошо помнил это заведение, расположенное на площади Цезаря Куникова, на пересечении Садового кольца и улицы Чернышевского, которая в его будущем уже давно вернула себе дореволюционное название – Покровка.
– Серёга, конечно, не профессионал, но уж кто-кто, а он в роли сантехника будет смотреться просто идеально, – задумчиво сказал Михаил. – Лицо интеллигентное, руки рабочие, а главное, иронии хоть отбавляй. Да и в кинотеатре он не только фильмы крутит, наверняка навыки кое-какие есть. Надо его вечером допросить с пристрастием.
До вечера Михаил не мог найти себе места. Он без конца крутил в голове обрывки диалогов, представлял смешные и неловкие сцены, пытаясь найти идеальные реплики, которые выглядели бы максимально естественно и вместе с тем вызывающе смешно.