- Я хочу, чтобы ты услышал меня и хорошенько запомнил всё, что я сейчас скажу, Фред, - вкрадчиво говорил Каргинов. - Приблизишься к моей сестре, сделаешь что-то, что ей навредит или просто не понравится... Я приду сюда, в твою каюту. И ты из неё живым уже не выйдешь. Понял?
Он впервые угрожал кому-то смертью. Это ведь не просто обещание подправить физиономию... Однако в этот момент Константин прекрасно осознавал что делал и говорил. Это был один из поворотных моментов, которые бывают в жизни каждого мужчины. Когда отступать нельзя, невозможно. Последствия и общественное мнение не важны. Это на уровне инстинкта.
- Я не слышу, - он навалился на Фреда, прижимая его коленом лицом к полу. - Ты понял, что я только что сказал?
Сильный захват, произведённый опытным солдатом. Фред ни за что не сможет с ним справиться. Таким униженным он почувствовал себя впервые в жизни. Попытался дёрнуться, освободиться. Но в итоге сильнее прижался щекой к порогу. Председатель не зря так сильно его ненавидит. Прёт напролом.
- Ладно, мать твою! Я понял! -оскалился Фред, пытаясь освободиться. - Я к ней не подойду. Хватит, Каргинов!
- Я привык верить людям, - Константин ослабил хватку, давая возможность Фреду подняться. - Это в их же интересах. - Он даже поправил его форму и смахнул невидимую пыль с его плеча. - Береги себя, Фредди.
Помятый и взъерошенный, техник наконец-то попал в свою каюту. Он яростно оттолкнул ногой пластиковый стул. Тот отлетел к стене. Сломаная ножка и треснутый пластиковый корпус упали на пол. Брызги холодной воды из-под крана ничуть не охладили его ярость. Внутри всё огнём пылало, хотелось причинять боль, калечить и душить. Его пальцы так сильно впились в металл раковины, что костяшки побелели. В зеркале он видел помятого красавчика с горящими чёрными глазами, который внутри был чудовищем, извергом. И только что его вывели из себя.
Часть Вторая. Катия
Робот –психотерапевт – синтетик, внешняя оболочка которого создана по подобию человека. Вернее женщины примерно сорока лет. Её голова немного наклонена в бок, вызывая иллюзию заинтересованности вашим монологом, вашими чувствами. Чёрные синтетические волосы уложены в аккуратную причёску. Очки в круглой оправе придают серьёзности.
- Это нормально. – говорит робот. Её искусственные губы шевелятся. Динамик установлен за ними. – При потере близкого вам хочется плакать, кричать, драться и даже причинять себе физическую боль. Мы сможем справиться с любой реакцией, Катия. Главное не замыкайтесь в себе.
Девушка смотрела на неё. Ей вдруг захотелось улыбнуться. Это слово «замыкание»… Оно означает разные состояния для человека и машины. Замкнуться в себе. И система, где что-то замкнуло… Забавно… Именно замыкание стало причиной всех бед. И как результат, Катия, чувствующая себя вдовой, сидела в мягком кресле напротив синтетика. Смотрела в это неживое лицо, в эти глаза, за которыми горели диоды.
Она склонила голову и слёзы тяжёлыми каплями упали ей на руку. Стёрла их. Казалось, что плакать нет больше сил. Но они почему-то появлялись. Проклятые слёзы, от которых уже горели воспалённые глаза. Катия избегала источников света. Не смотрела на лампы. А ещё её начал нервировать шум работающих механизмов, белый шум, шум в динамиках.
- Ваше руководство очень заинтересовано в том, чтобы вы как можно скорее вернулись к работе. Но думаю, это невозможно, пока мы не проработаем ту трагическую ситуацию, в которой вы оказались.
- Я не уверена, что смогу вернуться, - слова прозвучали очень тихо, безжизненно. Катия не отрывала взгляда от пола. – Наверно, мне следует пройти переквалификацию. Кардинально. Что-то вроде … - Тут она серьёзно задумалась. Человеческая жизнь и система корабля неотрывно связаны. Нет ни одной должности сотжи, которая была бы автономна и не регулировалась системой. – Я пока не знаю…
- Не будем спешить. – Робот изобразила что-то вроде жестикуляции. Сопереживание и полная вовлечённость. Техники поработали на славу. – Для начала расскажите о ваших взаимоотношениях с погибшим Ахатом Гараевым. Вы хотели приобрести статус пары?
На короткий миг девушка вернулась в прошлое. Она была любима и окружена заботой, хотя не осознавала этого. Её тело помнит больше, чем разум. Тепло его сильных, но таких ласковых рук на своей коже. Властные губы. Он целовал, не спрашивая разрешения. Набрасывался на неё, едва закрывалась дверь каюты. Она боялась этих отношений. Оказывается, только сейчас поняла, она боялась потерять, почувствовать себя брошенной маленькой девочкой. Он разбрасывал вещи и оставлял капли на зеркале – плевать! Смотрел так, будто знает больше всех на свете. Это иногда раздражало и бесило. Но и этого её будет не хватать. Если бы отмотать всё назад. Она бы радовалась каждому совместному дню, возможности просыпаться в одной постели… Его руки так крепко сжимали. В его объятиях было так хорошо. Тепло и защита. Космос лишил её этого. Теперь ей холодно и страшно. Разве можно такое рассказать?