- Он был мне нужен. Он и сейчас нужен. Особенно сейчас… - чтобы не зарыдать, Катия закрыла рот рукой.
- Понимаю…
Странная фраза для робота.
- Судя по источникам вашего общения, вы долго к этому шли. Почему? Многие люди уже обзавелись потомством, а вы застряли на стадии любовников.
- Каким источникам? – как выразился бы Константин, она немного охренела от этих слов. – У вас есть доступ к моему компьютеру? Моим перепискам?
- Это стандартная процедура, сотжи Каргинова. Не волнуйтесь. Я всего лишь пытаюсь помочь вам осознать ценность человека, которого вы потеряли.
- Я прекрасно это осознаю! – прорычала Катия, вскакивая с места. – И как техник понимаю, что у вас не может быть разрешения на сканирование моей системы.
- Система едина, Катия. – Голос робота стал на октаву ниже. И в нём, девушка уловила треск динамика. Или показалось?
- Что ты сказала?
- Пожалуйста не волнуйтесь. Я здесь, чтобы понять вас. Понять, какими были ваши отношения. Сядьте. – Робот подняла голову и посмотрела в глаза пациентки. Синтетикам не свойственно смотреть прямо в глаза. Они считывают объект целиком. – Иначе я буду вынуждена отправить соответствующий отчёт Председателю Совета.
Катия смотрела на синтетика. Что-то не так. Но не могла понять, что именно. Поделиться подозрениями не с кем. В конечном счёте, она всегда была нестабильна, а сейчас на почве горя, её возможно примут за истеричку. Она никогда не занималась роботами-персоналом, но знала, что они подчиняются человеку. И не шантажируют. Холодок по спине немного отрезвил. Катия слишком слаба и напугана, чтобы здраво оценить ситуацию. Но что бы сделал Ахат? Или старший брат, Константин?
- Сеанс окончен, - девушка забрала свою карточку, пока робот её не остановил и направилась к выходу. – Я подам заявление на замену кандидатуры врача и твою перезагрузку.
Наступила тишина. Прошло меньше минуты как пациентка покинула кабинет. Робот откинулась на спинку кресла, положила руки на подлокотники. Искусственные веки закрыли искусственные зелёные глаза. В это время нечто вошло в систему, открыло файлы пациентов. Полученных данных хватало, чтобы внести коррективы. Единственный человек, который мог стать проблемой, напуган и дизориентирован.
«Пациент – Катия Каргинова. Диагноз – посттравматический шок. Пациент не стабилен, подвержен галюцинации. Рекомендуется психотропное средство, трамадол.»
Глаза робота открылись. Диоды в них горели очень ярко. На короткий миг психолог стал похож на живого человека, который лишился рассудка, но обрёл цель.
Дик
Он давно не был в этой части Корабля. Центральный пункт управления использовался только в особых случаях, чрезвычайных ситуациях. Руководство и Председатель решили, что это время пришло. Все эти слова «космос ошибок не прощает» и тому подобные - вбивали в сотжи с самого рождения. Но подчинившись нынешнему укладу жизни, все они будто слились с Кораблём и стали единым организмом. Они забыли, что существуют в агрессивной среде. И стоит системам жизнеобеспечения выйти из строя, люди как вид перестанут существовать.
Дик устроился перед панелью управления. Кнопки и множество лампочек горели на гигантской, если сравнивать с обычно используемыми, клавиатуре. Два экрана отразились в стёклах его очков. Сегодня он намерен выяснить откуда поступил сигнал и кто запрограммировал поезд вылететь в космос. Для начала изучит все несанкционированные скачки напряжения за последнее время. Просмотрит кучу записей и видеофайлов. Был один скачок, баловство. Предположительно подростки. Умные подростки, заметил Дик. Он был скуп на похвалу. Однако, если парень придумал способ обходить систему… Но это не то. Он только заглушил сигнал. Чтобы управлять, нужен сильный компьютер. Такой, как… Руки Дика снова задрожали. Такой же мощный, как центральный компьютер. Неужели кто-то на борту смог незаметно такое собрать? Невозможно! С другой стороны, он просто не знал, какие ещё могут быть варианты. В голове крутилось древнее слово «теракт». Когда-то земляне устраивали их. Оправдывали убийства людей борьбой за великую идею или Бога…