После работы Дик провожал ее до беспилотного такси. Они медленно шли по тускло- освещенному отсеку. На стенах яркими красками пестрела проекция летнего парка. Рина распустила волосы и пыталась угадать реакцию коллеги на свою внешность. Интересно, он считает её привлекательной? Она ведь хорошенькая, стройная… Но он шёл, глядя вперед. Был, как всегда задумчив. Девушка не понимала, почему он всегда провожает её, но не делает никаких попыток сблизиться. Она чувствовала себя жалкой. Её тянет к единственному равнодушному к сексу мужчине. Самое удивительное, его и красивым- то не назовёшь. Но даже в этом он казался ей привлекательным. В старых источниках она находила фотографии мужчин - работяг. Их грубый внешний вид и решительный взгляд завораживал учёную. Но она никогда и никому в этом не признается. В своём коллеге она улавливала отголоски тех древних мужчин. От современных самцов требуется исполнительность и четкое следование инструкциям. Принимать важные решения полагается Совету и только ему. Дик выделялся среди остальных. Девушка была уверена, что в этой лысой голове мозги гения. А Рина, поскольку она сама учёная, именно мозг считала самой сексуальной частью мужского тела.
- Сегодня ты хорошо провела экскурсию. Детям понравилось.
- Да, если не считать лирического отступления про онкологию. Я немного увлеклась.
- В истории без лирических отступлений не обойтись, Рина. Да и онкологии в нашем мире не редкость. Защитный щит сдерживает радиацию, но не убирает. Наши гены слабеют. Что касается экскурсий, то нам сложно судить: передавать знания, о которых мы и сами имеем минимальные представления. Рассказывать о месте, где мы сами никогда не были…
- Согласна. И, признаюсь, иногда меня это тяготит. Мы родились и выросли на этом корабле. Идеальный мир, созданный человеком для человека. Но мы многого лишены. Люди не знают, как выглядят деревья, небо над головой, цветы с их разнообразием красок и ароматов. Всё это стало легендой. Проекции, системы воспроизведения и фото. – она провела рукой, будто протирала невидимое зеркало перед собой. – Только картинки, без возможности осязания.
Роботы-техники устанавливали новые экраны информации. На высоте нескольких метров, двухсторонние. Хорошее качество и разрешение. Новое сверхпрочное стекло. Так сотжи получают информацию по показаниям корабля, отчёты руководства и последние новости.
- А также люди не знают, как ощущаются под ногами снег и как шуршат осенние листья… - Продолжал Дик, рассматривая ортопедические туфли. Стерильные, как и всё в их мире. - Насколько твердой может быть кора дерева, не почувствуют на собственном опыте скорость реки и холод камня. Проекции не потрогать, не почувствовать запах…
- Именно. Мы рождены, чтобы чувствовать. Но находимся в условиях, где инстинкт выживания вытесняет всё остальное. Жизнь ради жизни следующих поколений. Мы сами становимся похожими на роботов, которых создали для поддержания нашей жизнедеятельности.
- Понимаю тебя. Вот и ты достигла того возраста, чтобы в полной мере осознать масштаб нашей трагедии.
Они дошли до отсека, где на приемлемой скорости ездили беспилотники. Роботы-уборщики драили до блеска так называемые точки остановок. На одной из таких точек Рина и Дик ждали автоматизированный транспорт, который доставлял сотжи к каютам. Вдруг инженер повернулся к ней и едва ощутимо коснулся её лица, каштановых вьющихся волос. Девушка замерла от неожиданности.
- Сейчас тактильные чувства у большинства сотжи одинаковые, примитивные. Наша жизнь максимально прагматична. Одинаковые костюмы оливкового цвета. - Дик улыбнулся, но не девушке, а своим мыслям. - Оливки – плод, вкус которого мы никогда не узнаем и вряд ли увидим его «в живую»… Одинаковое нижнее белье из синтетического хлопка… – Он резко отстранился и посмотрел вокруг. На снующих везде роботов и беспилотников. - Иногда мне кажется, будет лучше, если отредактировать нашу историю.
- Отредактировать?
- Удалить знания о Земле. Чтобы люди перестали жить с сожалением. Не знать о том, что потеряли. Не переживать из-за войн и катастроф, в которых мы сами и виноваты. Стереть. Возможно, это гуманнее.
- Я не думала об этом. Но признаюсь, мне было бы легче - не гадать, как сложилась бы моя жизнь там, на Земле. И почему предки до такого не додумались?
Беспилотный вагон, набитый сотжи, остановился в метре от них. Гладкий металл отражал свет электрических ламп. Автоматические двери разъехались в сторону, впуская пассажиров. Заявленная вместимость самого популярного здесь транспорта не более сорока человек. Схема движения поезда проходит по всей второй палубе в виде кольца. Есть еще несколько ответвлений, но они предназначены для конкретных систем корабля.