Металлический лязг пронзил тишину. Звуки работающих машин и сигналы датчиков стали громче. Очень похоже на отсек сортировки мусора. Девушка шла, пока не почувствовала влагу на щеке. Капало сверху. Она вытерла щеку и застыла. Это кровь. Она снова попала на Катию. Словно над её головой повесили кровоточащую тушу. Катия отпрянула в сторону и прижалась спиной к холодной стене. Сердце бешено стучало, отдаваясь гулом в голове. Лязг машин оставался безжалостно громким, проходящий битым стеклом по её натянутым нервам.
Прошло несколько минут, прежде чем девушка смогла что-то увидеть. И лучше бы она не смотрела… Механические щипцы поднимали за ноги голые тела людей, другой робот делал надрезы. Затем из платформы появлялись вторые щипцы и словно тряпку стягивали кожу и мышцы с трупа. Катия открыла рот в беззвучном крике. Она была к этому близка, закричать во весь объем лёгких. Её глаза настолько расширились от ужаса, что вот-вот вылезут из орбит. Её трясло, как в лихорадке, к горлу снова подкатила тошнота. Она не смогла сдержать позывы, но на этот раз вышла только желчь. Желудок девушки был пуст и измучен.
Мясо отделяли от костей. Внутренности бросали в одну сторону, кости в другую. Сортировали. Это было ужасное зрелище. Люди, которые недавно были живы, превратились в мясо и кости. Красные и розовые кучи. Катия не могла соображать, её разум помутился от увиденного. Она, бросилась бежать по трубе. Прочь из этого ужаса! Грудь её вздымалась при каждом судорожном вздохе. Воздуха не хватало, паника наступила на горло. Девушка споткнулась, но не останавливаясь, поползла, потом встала и побежала дальше. Шум машин скрыл её присутствие и её не обнаружили. Но это длилось не долго.
Решётки начали поднимать…
Они взлетали вверх, одна за другой. Что-то дёргало их, пыталось добраться до девушки.
- Нет! Нет! Нет! – стонала она, плача и ускоряясь. Она слышала как металл гнулся, поддавался роботам.
Её укрытие из решётки перестало скрывать. Что-то схватило её и дёрнуло вверх. Адская боль пронзила плечо. Катия закричала, дёргалась и вырывалась. Пусть эти клешни оторвут ей волосы, руку или переломают всё, что ниже плеча, всё равно. Она хотела вырваться, несмотря на то, что могла остаться калекой. Боль казалась невыносимой и пронзала всё тело, особенно плечо. Волосы зацепились за колёсики конечностей робота. Мысль о том, что с ней поступят так же, сдерут мясо с костей, превратила её в безумную. Девушка смогла вырваться, оставив клок волос. Голову жгло в том, месте, где появилась кровавая рана. Катия отползла к стене. Весь пол покрыт кровью вперемешку с грязью. Раньше это действительно был отсек сортировки мусора. Теперь он сортировал трупы.
Робот с маленькой квадратной головой и огромными руками-клешнями приближался к девушке. Его глаза горели красными огнями. Он надвигался, закрыв собой свет ламп.
- Пожалуйста, убей меня быстро…- прошептала Катия онемевшими губами. У неё совсем не осталось сил. Она не видела пути спасения. Этот тёмный, провонявший смертью отсек стал её миром. Влажный, блестящий от крови пол отражал тусклый свет ламп. Сердце бешено билось, но тело её расслабилось. Будто внутри нее была пружина и её наконец разжали, отпустили.
Внезапная вспышка заставила её съёжиться и отвернуться к стене. Сзади что-то взорвалось, рухнуло на металлический пол, рассыпаясь осколками. Запах гари ненадолго скрыл вонь от трупов. Катия закашлялась. Но поворачиваться боялась. Её трясло, слёзы обжигали лицо. А когда она почувствовала прикосновение к спине, осторожное, но уверенное, то девушка вздрогнула и попыталась отползти подальше. Но сильные руки не позволили.
- Неужели это ты? – шептал он, прижимая её к себе и убирая волосы с лица.
Какое-то время Катия не видела человека, спасшего её. Позже тень обрела более чёткие черты, и девушка увидела его, своего спасителя. Бросилась к нему на шею и крепко обняла. Пусть это он, зато такой знакомый и такой живой…
- Фредди…
Константин
Неизведанная часть Галактики. Созвездие Феникс.
Сотжи жили по часам погибшей планеты. Двадцать четыре часа в сутках. Когда-то давно руководство приняло такое решение. С новой планетой придет новая система летоисчисления. Но пока что двадцатичетырёхчасовой режим принят как самый оптимальный, приемлемый во всех смыслах для человека. С момента отбытия с центрального Корабля прошла неделя, сто шестьдесят восемь часов.